Ларс

Я твердо решил создать государство, которое будет лучше того, которое было в моем времени. Для этого нужно думать трезво и расчетливо. Никаких соплей и гуманизма! Нужно жить понятиями этого века.

Око за око, зуб за зуб. Ужасающие разрушения города и потери среди воинов и населения говорят о том, что нападавших было бесчисленное множество. Это была целая армия. Я, конечно, постараюсь построить идеальное, с моей точки зрения, государство, но сначала за все то зло, которое причинили мне и моей семье нужно заплатить.

– Кто? – с хрипотцой спросил я дядю, когда он отодвинулся от отца.

– Гунульф.

Я подошел к Гостомыслу. Сквозь ткань, которой ему перевязали плечо, выступала кровь. Рана отца была тяжелой, но Радомысл обнадежил меня тем, что отец выкарабкается. Мерное дыхание отца вселяло надежду. Он уснул, как только перекинулся парой слов с дядей.

Я перевел взгляд на мать. Мертвенно-белое лицо даже после смерти выглядело красивым. В груди сжался комок злости.

В помещение зашли дружинники. Они спросили дядю о том, что им делать.

– У меня хлопот будет уйма. Нужно будет переговорить с вождями племен и отправить гонцов к князьям союза, – дядя внимательно посмотрел на меня, – Ларс, возьмешь на себя руководство городом? Ты – наследник Гостомысла.

Во мне все еще клокотало желание сокрушить врага, отыскать, догнать и стереть с лица земли. Но я понимал, что сейчас это не выполнимо. Если огромный Хольмград смогли захватить и предать огню, то врагов слишком много.

– Да, дядя, – я кивнул.

Я вышел на улицу и позвал с собой дружинников. Моя команда была здесь в полном составе. Они помогали раненым. Забава командовала Аршаком и Агой, которые доставали выживших из под разрушенных зданий. Эса и Милена, по указанию нашего лекаря, очищали раны и вытирали их чистой водой. Я направил на помощь Забаве всех свободных людей.

В городе было несколько уцелевших зданий, в которых я организовал лазарет.

"Битва с Гунульфом вышла ожесточенная. Три дня назад к стенам Хольмграда подошла пятитысячная армия брата Эсы. Он сходу осадил город и потребовал голову Гостомысла в качестве дани, иначе он грозился сжечь город. Отца, к счастью, здесь не оказалось, он был на озере с рыбаками.