Ларс

– Смоленск был захвачен после того, как наследника Хольмграда пытались убить люди смоленского князя, – тесть с каждым словом забивал гвоздь в гроб воеводы, – а если каганат решит захватить Кордно, то Гостомысл соберет весь союз и пройдется по кочевьям хазаров, сжигая их дома и посевы.

– Почему Хольмград будет заступаться за вятичей? – уловил мысль бек.

– Он, – Ходот ткнул в мою сторону, – Ларс, сын Гостомысла и наследник Хольмграда, а еще – мой зять.

Бек глубоко задумался то и дело, поглядывая в мою сторону.

– Каган потребует с меня дань от вятичей, – заявил бек после размышлений, – а я обещал ее доставить.

– Манассия, я не могу платить дань тебе, я теперь в словенском союзе.

– Тогда дань заплатит его отец, – бек кивнул на меня, – когда я возьму твою столицу и потребую с Хольмграда выкуп за этого юношу.

Мне надоело стоять вместо мебели. Я достал из-за пояса до блеска начищенный топорик и полюбовался солнечными зайчиками, россыпью разбежавшихся с лезвия оружия.

– От имени словенского союза и лично от Гостомысла, – не громко, но четко произнес я, – сообщаю вам, досточтимый бек Манассия, что война с князем Ходотом влечет за собой объявление войны всему словенскому союзу. Думаю, хазарский каган не буде в восторге, что один из его беков от имени каганата занимается вопросами войны и мира. Или бек Манассия наделен правом воевать с соседями каганата, – закончил я, играя зайчиками по траве.

По сузившимся глазам бека, я понял, что каган будет не в восторге от войны со словенским союзом. С маленьким племенем вятичей бек и без кагана разобрался бы, но война со всем севером не принесет радости кагану."

"Да, я блефовал и не мог говорить от имени союза. Но об этом не знал бек. Ходот тоже изрядно приукрасил количество войск в Кордно и количество возможной подмоги. Но наша игра стоит свеч. А еще меня безумно радовала новость о дяде. Присутствие Рогволда здесь говорит об успехе Радомысла там, в Смоленске.

Пока я размышлял, в войске бека послышался непонятный гул. Сподручные Манассии обратили внимание на клубы пыли из-под копыт всадника, скачущего в нашу сторону между городом и войском каганата.

Фигура наездника приближалась, а моя физиономия растягивалась в глупой улыбке. Я по силуэту угадал всадника. Вернее всадницу.