Ласковое противостояние султану

После жутких ссор и битья посуды было неудивительно, что его маленькая сестра видела страшные сны. А после них она была ослабленной и напуганной.

Нет, он все делал правильно, поселяя эту женщину рядом.

- Сюда. - Он прошел через атриум и мимо колоннады, находившейся рядом с его любимым двориком.

- Это поразительно. Просто дух захватывает."

"Асим посмотрел в том же направлении. Деревья создавали тень в течение дня, а в конце дворика располагался длинный бассейн, освещенный подводными лампочками, подчеркивавшими красоту зеленовато-голубой плитки.

- Я принимал участие в разработке дизайна.

Он провел ее в личную гостиную.

- Боже мой. Здесь…

Асим прошел чуть дальше в спальню и поставил ее чемодан.

- Слишком современно?

Он обернулся и увидел, что женщина стоит посреди комнаты с сияющими глазами и полуулыбкой на губах.

- Вовсе нет. Здесь роскошно и красиво, при этом весьма уютно. - Вдруг она посмотрела ему прямо в глаза. - Совсем не похоже на комнату для гостей.

Асим пожал плечами:

- Но именно для этого она и предназначена.

Асим вдруг представил ее, обнаженную, извивающуюся на этой кровати…

Он неожиданно указал рукой в сторону ванной, встревоженный тем, что его мысли крутились вокруг этой женщины:

- Там вы найдете все необходимое. Если нет, зовите прислугу. Телефон рядом с кроватью. Желаю вам спокойной ночи.

- Подождите! - Ее голос раздался прямо за его спиной.

Он повернулся, и она была прямо перед ним.

- У вас мой ноутбук. - Жаки потянулась было, но остановилась.

На секунду Асим подумал не возвращать его.

Лишь на секунду. Такой поступок был ниже его достоинства. Слегка наклонившись, он протянул женщине сумку:

- Как журналист может обойтись без компьютера?

- Спасибо. И благодарю вас за гостеприимство. Комнаты просто чудесные.

Асим отрицательно покрутил головой, глядя, как ее выражение лица становится беспокойным.

- Наслаждайтесь своей комнатой, но не спешите меня благодарить, мисс Флэтчер. Завтра вам нужно будет уехать.

Асим покинул комнату.

Асим шагал по гостиной своей бабушки. Он плохо спал, а разборки с эмиром и его бесценной племянницей этим утром совершенно лишили его терпения. Взгляды собравшейся публики были словно удар кинжала в спину всякий раз, когда он хотя бы смотрел на эту женщину. А она, черт бы ее побрал, бросала ему страстные взгляды и каждый раз наклонялась поближе, когда они разговаривали. Он вздохнул и облокотился на оконный проем.