Лагерь обреченных

Я поздоровался, пошел мимо, но он остановил меня, спрашивает: «Не слышал, в Верх-Иланске убили человека по фамилии Сыч? Он ветеран войны, приезжал в поселок на открытие Вечного огня». Я говорю: «Ничего про это убийство не знаю, но в Верх-Иланске работает в уголовном розыске мой бывший подчиненный, наверняка в курсе». Прошла неделя, я встретил Казачкова на совещании, он подтвердил – есть такое убийство. Я поднялся к Кусакину, рассказал ему, что узнал… Давай выпьем, пока никто не мешает.

Мы опрокинули по стопке.

– В среду, это было в среду! – Клементьев отломил маленький кусочек хлеба, зажевал. – После коллегии возвращаюсь, дочка Кусакина меня у подъезда поджидает: «Зайдите к папе, он вас очень ждет!» Я поднялся к нему, он говорит: «Попроси зятя Антонова в эти выходные приехать по очень важному делу.

– Откуда он про зятя узнал?

– Я рассказал, еще в первый раз. Ненавязчиво как-то получилось: слово за слово, вспомнили Антонова, я вскользь упомянул, что мой парень из уголовного розыска скоро будет зятем Михаила Антонова. Он запомнил.

В дверь позвонили. Открывать пошла Елена Викторовна.

– Ну, что, долго вас ждать? – спросила неизвестная гостья.

Геннадий Александрович прислушался к шушуканью в коридоре.

– Андрей, ты, если что, посидишь один? – спросил он.

– Куда я денусь из подводной лодки! Посижу, конечно.

Закрыв за гостьей дверь, Елена Викторовна вызвала мужа в зал. До меня донеслось: «Да какой подарок, там все свои собрались! Посидим полчаса – и назад».

– Андрей, – Клементьев вернулся на кухню, – мы ненадолго сходим к соседям. Света придет, скажи ей, что мы у тети Раи. Ты, пока нас ждешь, не скучай, телевизор включи.

Супруги быстро собрались и ушли. Я, оставшись один, убрал со стола, помыл за собой посуду, походил по квартире, посмотрел обстановку.

С улицы вернулась Светлана.

– Здравствуйте! – От удивления девушка не знала, что ей делать – раздеваться или уточнить обстановку в квартире.

– Мама с папой ушли к тете Рае в гости. Меня оставили квартиру охранять.

– Понятненько. – Она повесила на крючок курточку, прошла в родительскую спальню, переоделась в домашний халат.