Дочь регента

«Я рада, — подумала Шарлотта, — что я не такая тощая. Впрочем, это было бы странно в нашем семействе».

А вдруг он любит худых женщин? Хотя нет. Конечно, нет! Всем нравится пышность форм. А может, она слишком пышнотелая? В некоторых местах — да. Но, если верить Луизе, то у нее очень красивые руки, округлые, белые, изящные. А вдруг он любит высоких? Что ж, она не высокая... но и не очень низкая. А цвет лица у нее зато очень хороший, хоть и бледный — такая гладкая белая кожа мужчинам нравится. И Ф.

«Павильон» сверкал в лучах весеннего солнышка, словно какое-то восточное видение. Шарлотта надеялась, что ее отец будет добр с Леопольдом. Внешне он, конечно, будет любезен, поскольку этого требуют правила хорошего тона, но если она уловит в его голосе холодные нотки, то это станет верным признаком надвигающейся беды.

«О, дорогой папа! — мысленно взмолилась Шарлотта. — Пожалуйста, почувствуй расположение к Леопольду!»

И тут же рассмеялась.

Она напомнит ему об этом!

Отец, сидевший в кресле на колесиках, которым он мог управлять самостоятельно, поджидал дочь в китайской гостиной. Он объяснил, что у него страшно болят суставы и он не может сейчас ходить.

Шарлотта выразила обеспокоенность его здоровьем, и принцу стало приятно. А ее действительно обеспокоило, что он так старо выглядит.

"— Ну, что ж, Шарлотта, — с некоторой грустью произнес регент, вероятно, до сих пор подумывавший о принце Оранском, — скоро твой милый юноша будет здесь.

— Да, папа.

— Посмотрим.

— Я надеюсь, что он нам обоим понравится, — сказала Шарлотта.

— Гм, — хмыкнул регент, который был не в восторге от приобретения Саксен-Кобурга после того, как у него была перспектива заполучить в союзницы Голландию.

Он покосился на Шарлотту. Она редко бывала такой очаровательной. Да, пожалуй, его дочь не такая уж и дурнушка. В последнее время она стала получше.

Шарлотта перехватила его взгляд и сразу поняла, что он означает.