Лабиринт Ванзарова

 – Разъяснений достаточно?

Соболев невольно подтянулся, как всегда бывает у простого человека в присутствии лица, облеченного властью испортить ему жизнь.

– Так точно-с, – ответил он шелково. – Не извольте беспокоиться… Егор!

На окрик явился мальчик в форменной тужурке и фуражке с гербом гостиницы. Смышленый мальчишка сразу смекнул: гость за стойкой серьезный. А потому отвечал без запинки: записку отнес в доходный дом на Песках, четвертый этаж, квартира 38. Его спросили: кто получил записку. Егор доложил: господин, которому было адресовано.

Мальчик был отпущен. Неприятный господин потребовал книгу регистрации постояльцев. Соболев положил перед ним конторский гроссбух.

– Господин Николаев, – палец указал портье на запись против номера 202. – Обращался с другими просьбами?

– Никак нет-с, – торопливо ответил Соболев.

– Например, просил достать небольшой фотоаппарат?

– Такого не было… Да и где взять? Подобного не держим-с…

Глазки портье не бегали, вопрос не доставил беспокойства.

– Заказывал в номер еду или напитки?

– Полагаю, что нет-с… От коридорного счета не поступало. С этим у нас строго…

Соболев был сама услужливость. Ванзарова отвлек сухощавый господин, ростом похожий на уличный фонарь. На взгляд незамужней барышни он был незавидной партией. На взгляд столичной полиции он незаменим.

Курочкин был непривычно взволнован. Что стало результатом встречи с директором Зволянским.

– Родион Георгиевич, что же это такое? – проговорил он, сохраняя внешнее спокойствие. Голос выдавал.

Ванзаров отвел его подальше от любопытствующих ушей портье.

– Возвращаю вам вопрос, Афанасий.

– Мои люди строго выполняли задание. Извольте убедиться, – Курочкин протянул филерский блокнот.

Пробежав взглядом по страницам, Ванзаров не нашел ничего, что бы меняло ситуацию. Кроме мелкой лжи портье. За которую тот получил мзду. Не иначе.