Квиддич с древности до наших дней

Во-первых, мяч, плюхнувшийся на ее капустные грядки, был сделан из кожи, как и современный квоффл, и это вполне оправданно — надутый воздухом пузырь, использовавшийся в других играх того времени, невозможно метко кидать, особенно в ветреную погоду. Во-вторых, Герти сообщает, что участники игры старались забросить мяч на деревья в разных концах болота — видимо, так вначале выглядело забивание гола. В-третьих, Герти Кеддл описывает прообраз ныне существующих бладжеров. Примечательно, что в игре принимает участие «рослый шотландец».

Возможно, у себя на родине этот чародей играл в крекьяун? Не он ли придумал заколдовать пару тяжелых камней, создав дополнительную угрозу для игроков, наподобие падающих с неба камней в шотландской национальной забаве?

Следующее упоминание об игре с Квирдитчского болота мы встречаем лишь столетие спустя, когда волшебник по имени Гудвин Нин берется за перо и пишет письмо своему норвежскому родичу Олафу. Нин жил в Йоркшире — вот как далеко распространилась игра за сто лет, прошедших с тех пор, как Герти Кеддл впервые увидела ее.

Письмо Нина хранится в архиве норвежского Министерства магии.

Дорогой Олаф!

Как ты поживаешь? У меня все хорошо, только Гунхильда хворает драконьей оспой.

В прошлую субботу отлично поиграли в квиддич. Жаль, бедная Гунхильда не могла играть за поимщика, пришлось вместо нее позвать Радульфа-кузнеца.

Команда из Илкли играла отменно, да только куда им против нас! Мы, же целый месяц тренировались, вот и забили сорок два гола. Радульфу блажир угодил по голове, потому что старый Угга не особо поворотлив со своей дубинкой.

Новые бочонки в игре очень даже недурны. Мы их водрузили на шесты, по три штуки с каждой стороны. Бочонки, нам одолжила Уна из трактира, да еще и до утра бесплатно поила медовухой за то, что мы выиграли. Гунхильда немножко рассердилась, что я поздно домой вернулся. Пришлось побегать от ее заклятий. Ну да ничего, пальцы уже снова отросли.

Посылаю с этим письмом самую лучшую сову. Надеюсь, долетит.

Твой родич, Гудвин."

"Из этого письма видно, как изменилась игра за прошедшее столетие.

Жена Гудвина должна была играть за «поимщика» — вероятно, так в старину называли охотников. «Блажир» — это, несомненно, бладжер. Кузнеца Радульфа от бладжера должен был защитить Угга, который, несомненно, был загонщиком, судя по его дубинке. Голы бьют уже не по деревьям, а по специальным бочонкам, установленным на шестах. И все же одного существенного элемента пока еще не хватает, а именно — золотого снитча.