Дочь Генерала. Книга 2

Тот также поспешно оттолкнулся от стола, проехал на кресле до стены и уже тогда вскочил на ноги.

– Рус! – окрикнул Коваля Гриша.

Вставать на пути будущего тестя он не собирался, но и допустить драку в кабинете главврача – тоже не лучший вариант.

– Александр Ефимович, вам лучше сразу рассказать, как обстоят дела на самом деле. Без вот этих ваших «я не знал» и «я обязательно найду виновных и накажу». Вы нам сбережете время, которое мы и так достаточно много потеряли, себе – здоровье. И, возможно, репутацию.

Фадаев глубоко задышал.

Коваль встал неподалеку, прищурив недобро глаза.

– Сначала мне предложили деньги. Очень приличную сумму. Я отказался. Репутация Руслана Анатольевича бежит впереди него. И вы, Григорий Максимович… С вами шутки плохи. Я это знал. Поэтому, повторюсь, отказался. Но и у меня есть слабые места, на которые надавили.

Руслан, не выбирая выражений, выругался.

– Что с Дашей? Теперь более конкретно.

– Гормональный сбой.

– Приберегите своё лечение для других. Разговор с вами не закончен. Мы ещё вернемся. А теперь имена. Всех действующих лиц.

* * *В парке медленно кружился снег, и они присели на скамью, что стояла под навесом.

– Хорошо-то как…

– И не говори.

– Давненько я не встречал такой теплой и одновременно снежной зимы.

– Ты вспомни, когда зиму проводил в России…"

"– Твоя правда. Давненько дело было. Отвык. Старые кости требуют тепла и океанского бриза.

Мужчина поправил воротник пальто и посмотрел вперед.

– Семьи надо было объединять. Шредер зубы скалил, Маркус. Да многие! Ты представляешь силу Коваль-Зиминых?

– Естественно.

– Два голоса. Змеи закопошились. Такого не предвидел никто.

– Да. И ещё… Руслану нужно было принимать дочь. Не страдать херней и щепетильностью. Нет, я его понимаю… Потерять Лизу. До сих пор помню его взгляд. Думал, парень не сдюжит.

– Это было жестоко.

– Жестко. Зато все активировались!

– У девочки была депрессия…

– Это уже твой внук постарался.

– Ты моего Гришу не трогай.

– Эй-эй, женщина, ну-ка, голосок поубавь. Совсем Петрович тебя разбаловал.

– Не лезь-ка ты в мою жизнь, Гаврилович.

– Понял. Молчу.

– Помолчит он, пожалуй… И всё же я повторюсь, с девочкой ты жестоко обошелся.