Куратор Тёмного факультета

– В каком смысле? Я же...

– Вот именно, что ты. Ты сам всего добился своим упорным трудом, в то время, как я родилась и выросла на всëм готовом. Мне не нужно было никому ничего доказывать, пробиваться наверх, прикладывать усилия, чтобы выжить. Поэтому ты стоишь выше меня. Я не смогу стереть или забыть своë прошлое, да и не хочу. Потому что люблю и уважаю своих родителей, братьев и сестёр, предков. От своей семьи отказываться не собираюсь. Вот с этим тебе придётся смириться.

Глен сгрëб меня в охапку так, что я оказалась в итоге сидящей у него на коленях.

– Эми, прости, что обидел тебя...

Я ощутимо двинула локтëм ему в корпус, заставив охнуть:

– Прощëн. Но, пожалуйста, не надо больше принижать себя и свои заслуги.

Глен крепко прижал меня к себе, а потом, едва касаясь, провёл кончиками пальцев по щеке:

– Эми, ты всë-таки непостижимая потрясающая девушка!

– Так потрясающая или непостижимая? – я задумчиво постучала указательным пальчиком по своим губам.

– Самая лучшая!

– Хитрец.

Остаток фразы попросту выветрился у меня из головы, потому что не ответить на такой чувственный и проникновенный поцелуй было невозможно. Придерживая одной рукой мою голову, второй Глен скользнул мне под нижнюю юбку, дразнящими движениями пробираясь по ноге всë выше и выше по направлению к бедру. От его ласк и прикосновений меня начало бросать то в холод, то в жар, заставляя трепетать от каждого движения, закручивая внизу живота вихрь желания.

– Глен... Я соскучилась.

– Я – тоже...

Мог и бы и не говорить – его твëрдый ""интерес"" к себе сразу почувствовала.

Мимолётный взгляд Глена в сторону двери, и как-то так получилось, что мы оба, не сговариваясь, одновременно кинули к порогу плетения, делающие кабинет абсолютно изолированным от любых проникновения извне.

– Не перебор будет? – едва слышный, будоражащий своими хрипловатыми нотками, шёпот коснулся моего уха.

– Да пусть хоть обугленными штабелями у дверей валятся! Плевать!

Ладонь Глена, наконец-то добралась до моего кружевного белья и крепко сжала за ягодицу, вызывая шипение и острое желание укусить наглеца.

– Эй! – я возмущённо запротестовала, но, кажется, Глен раскусил, насколько я неравнодушна к его поцелуям и быстро погасил бунт на корню, настойчиво вторгшись языком в мой рот. При этом он ловко подхватил меня обеими руками за талию и полностью развернул к себе.