Куратор Тёмного факультета

Взмах левой руки и с моих пальцев сорвались аналогичные сферы, при столкновении с которыми ""стейнбрековские"" с сильным грохотом взорвались, а правая быстро сплетала одно заклинание за другим: обвивающие жгуты, секущие хлысты, захватывающая сеть, череда файерболов и колец разных размеров ""с начинкой""... Мой противник окончательно разозлился и палил ещё интенсивнее. Мы кружили друг вокруг друга, то сближаясь, то отдаляясь. Взрывы следовали один за другим, вся поверхность площадки уже была изрыта воронками. Я уходил перекатами по земле, группируясь так, чтобы сразу вскакивать на ноги, не прерывая атак.

В какой-то момент, оказавшись на расстоянии метра, Стейнбрек не устоял и упал. Быстро зачерпнув земли, перемешанной с песком, он зашвырнул мне горсть прямо в глаза, пока я в очередной раз откатился в сторону. Ослепил, гадëныш. Но напрасно он думал, что сможет вывести меня из строя. Не теряя концентрации, я возвëл вокруг себя огненный вихрь, окрудивший плотной стеной, не дающей пробиться его заклинаниям. Определив на слух в какую сторону он метнулся, выставил перед собой ладони параллельно телу и четырьмя точными мощными ударами, метя в солнечное плетение сбил Стейнбрека с ног и заставил отлететь на другой конец площадки. Подняться он уже не смог. Бой закончился. Защитный контур исчез. Я вытер рукавом глаза и попробовал проморгаться. Мимо прошла Адарнелия. Её появление я заметил спустя пару минут с начала поединка. Девушка подошла к самому контуру и всë время молча наблюдала за происходящим. Выдернув из рукава чëрный носовой платок, она сунула мне его в кулак и, не сбавляя скорости направилась к Стейнбреку, который всë-таки встал на ноги. Адарнелия подошла к нему вплотную, затем резко ударила ногой в коленную чашечку, заставив рухнуть на второе колено, а правым кулачком ударила в челюсть до хруста. Едва уловимый замах рукой и её острые ноготки глубоко располосовали Стейнбреку левую щëку до крови.

– Позорно применять подобные подлые методы в честном поединке. Скажите ""спасибо"", что у меня под ногтями сейчас нет яда Шеойла.

И на будущее: категорически не рекомендую приближаться к Тëмным землям. У нас ""таких"" не любят. Отныне и до конца Ваших дней на Вас стоит особая метка ""позора"", которая не исчезнет даже когда шрамы на лице заживут. Её распознаёт любой Тëмный.

Девушка несколько раз разжала и сжала пальцы, после чего красные полосы с разбитых костяшек на её руке исчезла. Пока Стейнбрек зажимал хлещущую из ран кровь, она развернулась и исчезла.