Куплю тебя, девочка

Вот и посмотрим, готов ли он меня принять, увидев мой профессионализм в действии. Даже любовницей.

— Ален, ну ты же не в себе. Будь мы в другой ситуации. Не будь Никитоса, — оправдывает Камиль свое нежелание, но желание сильнее, ибо его руки уже на талии, уже ползут ниже.

Никто не может устоять перед резиновой куклой. Безмолвной. На все готовой.

— А Никиты нет, — шепчу в твердые губы, что сжимаются, чтобы мои касания не стали полноценным поцелуем. — Камиль. У него есть Надя. А я могу быть у тебя прямо сейчас…

— Сейчас? — плывет он, и я пытаюсь поплыть за ним, но жду, жду, когда придет Никита и увидит, какова я настоящая.

— Прям сейчас…. Забудь обо всех. Думай о том, какое удовольствие мы можем друг другу принести.

Большего Камилю и не требовалось. Он с рванным рыком целует мои губы, слизывает слезы, что бурным потоком текут из глаз, снимает лямки комбинезона и довольно грубо толкает меня на траву.

Вот и все.

Минута прелюдии и я окончательно потеряюсь для этого мира.

Смотрю в небо, пока Камиль справляется с джинсами, пока его руки почти рвут на мне одежду. Хочется его оттолкнуть, его запах неприятен, его руки не те… Но нельзя. Все кончено.

Надо просто расслабиться и не думать. Просто клиент. Просто возьмет свое и свалит. Так, кажется, меня учили. Так, кажется, было в ту ночь.

Просто уйди в себя и забудь, что ты человек. Кукла. Без имени. Без будущего. Запри все чувства в себе и забудь о любви.

Еще бы секунда, и член оказался бы во мне, но Камиля стаскивают.

Я моргаю, чувствуя, как холодный воздух ласкает разгоряченную чужими поцелуями кожу. И лишь глухой удар и отборный мат приводят меня в чувство.

Поднимаюсь на локтях и вижу, как катаются по земле Никита с Камилем.

Дерутся почти на равных, и пока собираю свои вещи и натягиваю, слышу ругань.

— Она тебе нахуй не нужна, чего ты выебывашься?

— Ты мой друг! Я сказал, кто она мне! Нахрен ты свой член не в свое дело суешь!

— Ты делаешь ей больно! Очнись! Тебе никогда не позволят ее иметь!

— Мы сами разберёмся! Еще раз тронешь ее, мочиться будешь в утку.

— Я думал, мы друзья, — стирает Камиль кровь с губы, и Никита тоже сплевывает.

— Я тоже так думал.