Купеческая дочь замуж не желает

И все это издает звуки разной тональности. Иногда пугающие. А светлячки на болотах, это просто болотный газ. Тоже можно организовать. Так что ещё раз вечером все продумаю, просчитаю и завтра поеду организовывать ""пояс страха"".

На дороге все шло по плану. Ещё день, максимум два, и рабочие подберутся к повороту на Горицы, надо будет им организовывать временный лагерь. Сейчас главное для них — бесперебойный подвоз песка и плит. И у меня остался только участок от подъёма из долины до соединения с королевским трактом.

На днях надо начинать косить травы на сено для скота, и нам очень нужна сушь. Путина тоже закончится вскоре, максимум неделя. Отдельные рыбы все равно будут проходить по реке, но это не массовые заготовки. Надо будет спросить рыбаков, чем бы они хотели заняться потом, работу я им организую, бездельничать не будут.

Вернувшись в поместье, столкнулась у входа с Надишей. Вид у нее был какой — то немного странный, поэтому я быстро утащила ее в подвал, усадила и начала расспрашивать, что случилось. Надиша, сбиваясь и путаясь, начала рассказывать.

— Понимаете, лэрина, я вчера дома все думала, как краски себя на стекле поведут, как их надо будет запекать, а вдруг стекло лопнет, жалко, такая вазочка красивая и дорогая небось — тут я хмыкнула, самая простая вазочка, это для деревенской девчонки дорогая.

"И Надиша торопливо размотала платок, в который она упаковала эту стекляшку. Хотя просто стекляшкой ее теперь назвать было нельзя. На гладком боку вазы цвела розовым нежным цветом яблоневая ветка, и каждый лепесток казался живым.

— Красота какая! — прошептала я, рассматривая рисунок.

Краски были акварельно — прозрачными, что придавало воздушности рисунку. Надо бы проверить краску на стойкость. Потерла уголком мокрой салфетки — краска не размывалась.

Теперь попробовала спиртом и маслом — краски оказались устойчивы! Неверяще проглядела на Надишу, горячие руки, сильно устала, захотела спать.