Дитя прибоя

Парень уже давно для себя решил, что будет подбирать для местных вещей аналогичные названия из своего прошлого. К этому решению Лёха пришёл, когда вдруг неожиданно понял, что его воспоминания о земле начали тускнеть, словно стираться из памяти. Это открытие так напугало парня, что он принялся каждое утро, если никого не было рядом, разговаривать сам с собой на всех земных языках, которые только знал. Пусть даже это было всего несколько расхожих фраз. Одновременно со своими лингвистическими упражнениями он старательно вызывал в памяти картины из детства.

Расставаться со своим прошлым Лёха не собирался. Особенно если учесть, что все его знания являлись для этого мира настоящим технологическим прорывом. Откровением в сфере технологий. Рассказывая Родри об устройстве двигателя, Лёха не заметил, что гном уже давно слушает его вполуха, но при этом чересчур внимательно рассматривает. Сообразив, что гном что-то уж больно долго молчит, Лёха прекратил изображать глухаря по весне, удивлённо посмотрел на Родри и спросил:

– Ты чего, борода?

– Кто ты, Дальвар? – помолчав, тихо спросил гном.

 – Только не рассказывай мне про дядю мага и долгую жизнь вне империи. Не поверю. Нет таких знаний в нашем мире. Оружие, машины да и вообще всю технику делают только гномы. Так что слух о любой новинке разносится очень быстро. А тут столько знаний и всё у одного человека. Так не бывает. Так кто ты?

– Ты всё равно не поверишь, – устало вздохнул Лёха.

– А ты попробуй, – не отставал гном.

– У нас говорят: многие знания – многие печали. Подумай, Родри, оно тебе надо? Это только мои проблемы, – попытался отговориться парень.

– Я должен знать, Дальвар. Я ведь не сам по себе мастер. За мной народ стоит. Та война, будь она сотню раз проклята, столько жизней забрала, что и сказать страшно.

– Моя проблема ничем твоему народу не угрожает, – тут же заявил Лёха.

– Это не тебе судить, – угрюмо покачал головой князь. – Ты механик, это бесспорно. Но в нашей политике ты ни булыжника пустого не смыслишь.

Я тебе больше скажу: чтобы в ней хоть чуть-чуть разобраться, я два десятка циклов потратил. Так что – рассказывай.

– Тогда дай слово, что никто об этом не узнает, – помолчав, попросил Лёха, понимая, что от откровенности никуда не деться.

– Не могу. Если решу, что твоё появление здесь опасно для рода, придётся советоваться со старейшими, – честно ответил гном.

– Может, мы тогда просто уйдём? – с потаённой надеждой спросил парень.