Дитя прибоя

– К тому, что в твоих шкафах для тебя одежда висит такая, в которой и в императорский дворец смело идти можно, – рявкнул Родри, явно потеряв терпение.

– И давно она там появилась? – уточнил парень, почёсывая в затылке.

– Через седмицу после того, как все первородные тебя другом рода назвали.

– Выходит, ты знал, что так будет? – не унимался Лёха.

– Ничего я не знал, – вздохнул Родри. – Просто понял, что очень скоро наступит время, когда придётся тебя как местного лэра выставлять перед особо заносчивыми баронами.

Ну или перед чиновниками, которые глупые вопросы задавать начнут.

– Погоди, это же твой удел. Или я чего-то не понимаю?

– Верно. Мой. Но бывают моменты, когда для торга или разговора лучше быть человеком, а не первородным. Тут ведь как: если купцы уже давно привыкли с нами дело иметь, то бароны всё равно пытаются свои условия диктовать. Даже на нашей земле. Только оружием и получается их от грубости удержать. И чиновники некоторые недалеко от них ушли. А этих имперский закон защищает. Вот и приходится клыками щёлкать, не кусаясь.

А теперь, когда ты появился, им уже спесь поубавить придётся. С благородным, да ещё чиновником имперского двора, да ещё и другом всех родов первородных так просто не повыступаешь.

– А чего раньше молчал? – растерянно спросил парень.

– Повода не было, – пожал гном широченными плечами.

– Понятно, что ничего непонятно, – вздохнул Лёха. – Ладно, потом разберёмся. В общем, если я тебя правильно понял, то к императорскому приёму мы готовы?

– Осталось только Даяне твоей платье дошить, – кивнул Родри.

– А вы в чём пойдёте?

– Да уж не хуже тебя оденемся, – рассмеялся Кержак, салютуя ему кружкой.

* * *В день приёма все дела были отложены, а сами приглашенные только и делали, что ходили друг к другу, задавая один и тот же вопрос. Неожиданно для себя Лёха вдруг понял, что внешность и в этом мире очень важна. И не только для женщин. Сам он относился к предстоящему событию, как к болезненной необходимости. Так что выбранный им наряд особой вычурностью не блистал.

Узкие штаны из плотного шёлка чёрного цвета. Синяя шёлковая рубашка с широкими фонарями рукавов и вышивкой по воротнику. Высокие мягкие сапоги из великолепно выделанной кожи и широкий пояс с несколькими отделениями под всякие мелочи.

К поясу он прицепил кинжал гномьей работы, украшенный серебряной насечкой и драгоценными камнями. Но, несмотря на роскошь, клинок у этой игрушки был настоящий: шириной в половину ладони и длиной сантиметров двадцать.