Дитя прибоя

Когда орк с ужасом поинтересовался, зачем парню смерть стольких людей сразу, тот рассмеялся и, тыча пальцем в чертежи, принялся пояснять свою задумку. Всё оказалось не так кровожадно.

Эти заряды нужны были Лёхе для того, чтобы, в случае агрессии со стороны властей и духовенства, наглядно показать народу, что их действия ошибочны. А для этого достаточно просто взорвать ночью храм в ближайшем городе и пустить слух, что пятеро сердятся на власти и своих слуг за то, что осмелились тронуть первородных.

Ведь до тех пор, пока их не трогали, храмы крепко стояли и разрушаться не собирались."

"Внимательно выслушав эти рассуждения, Кержак схватился за голову. Ему и помыслить о подобном было страшно. Но сам Лёха, будучи циником из двадцать первого века другого мира, только посмеялся над страхами орка. О том, что слухи – это тоже оружие, он знал не понаслышке.

Спор этот так и не был окончен, но Кержак крепко задумался, то и дело, поглядывая на парня странным взглядом.

И вот теперь, пытаясь выкрутиться из новой напасти, Лёха вспомнил тот разговор, но поднимать эту тему не стал. В любом случае переупрямить сразу двух первородных даже его воли не хватало. Услышав про парадную одежду, Родри только хитро усмехнулся в бороду и, глотнув пива, с видом превосходства заявил:

– Ты бы хоть иногда в своих покоях в шкафы заглядывал.

– Зачем? Чего я там забыл? – удивился Лёха. – На каждый день одежда есть, для боя и для похода тоже. Чего мне ещё там искать?

– Вот ведь бестолочь, – рассмеялся Родри.

 – А то, что ты теперь не сам по себе, а друг сразу трёх родов и названый брат князя гномов, ничего не значит?

– Так ты сам говорил, что родичи не по тряпкам и по разговорам, а по работе судят, – развёл Лёха руками.

– Так то в роду, а когда дело до праздников доходит и до встреч с имперскими чиновниками, тут всё по-другому. Выперся к императору в грязных штанах, как оборванец – род позоришь.

– А не пошёл бы ты лесом, друг ситный?! – вызверился Лёха.

 – Или тебе напомнить, как ты меня прямо из мастерской на большой сход под конвоем притащил, даже рук вымыть не дав?

– Так и знал, что ты мне эту историю припомнишь, – удручённо вздохнул гном. – Говорил же тебе, что тогда так надо было, чтобы особо болтливым рты заткнуть. А теперь всё по-другому. Теперь ты один из рода. Так что, будь добр, не позорь нас.

– И к чему всё это словоблудие было? – не понял Лёха.