Дитя прибоя

Про то, что все эти люди так или иначе были связаны с тайной стражей, знали только гномы и Тихий барон.

Весть о том, что первородные собираются развивать технический прогресс с помощью талантливых подростков, встретила сначала недоумение барона, а потом усиленную поддержку. Ему, как человеку, находящемуся на службе государства, сразу стало понятно, что империя только выиграет от подобного нововведения. Поэтому первичный отбор кандидатов в академию адепты его службы взяли на себя. Искали таланты не только в школах, но и среди столичных беспризорников.

Выжить в жёстких условиях городского дна были способны только самые сильные, так что в этом был определённый смысл. К тому же сам Лёха, выросший в приюте, отлично знал, что это такое – быть ненужным. По этому поводу между ним и вождями первородных произошёл тяжёлый, но нужный разговор. Вначале, едва только услышав о крысятах, как называли этих детей имперские снобы, вожди дружно сказали жёсткое «Нет!» Услышав этот ответ, Лёха тяжело вздохнул, кивая собственным мыслям, и, окинув собравшихся долгим, задумчивым взглядом, тихо сказал:

– На первый взгляд, вы, безусловно, правы.

– Что это значит? – не понял Кержак.

– Эти дети не виноваты, что оказались на улице. Я знаю, что такое быть ненужным. И знаю, что такое выживать. И поверьте, среди них найдётся немало настоящих талантов.

– Срезать кошельки и втыкать нож в печень, – мрачно буркнул Родри.

– Мне тоже приходилось втыкать нож, – пожал плечами Лёха.

– А что делать с тем, у кого не найдётся никакого таланта? – не сдавался орк.

– Такие станут курсантами военного отделения нашей академии, – неожиданно даже для самого себя ответил Лёха. – Это будет охрана нашего замка.

– Не понял, – удивлённо протянул Родри. – Тебе моих хирдов мало?

– Ну хоть ты-то булыжником не прикидывайся, – скривился Лёха. – Мы дадим им кров, пищу, возможность учиться и сделаем из них настоящих бойцов, которые смогут на равных противостоять даже имперским егерям.

– А ты не боишься, что однажды эти бойцы обернуться против нас? – спросил Таруг.

– Этого не будет, – решительно заявил парень.

– Почему ты так уверен? – не понял Кержак.

– Сам подумай. У них сейчас нет ничего. Даже собственной одежды. А у нас они получат всё. А самое главное, у них будет шанс на новую жизнь. Не сдохнуть в канаве, едва прожив пятнадцать-двадцать циклов, а стать кем-то, кого будут уважать. Тем, кого никто никогда не посмеет пнуть, обругать или прогнать.