Дитя прибоя

– Он сказал правду, – повторил самый старый маг и, вскинув над головой жезл, вырезанный из цельного изумруда, громко добавил:

– Отныне и до самой смерти ты, Дальвар, друг рода, будешь считаться прямым братом князя Родри Два Кулака, и приказы твои будут исполняться так же, как приказы самого князя. Так решил совет магов.

Услышав его слова, столпившиеся у ворот гномы дружно ахнули, не веря собственным ушам, а стоявший рядом с Лёхой Родри еле слышно протянул:

– Твою мать! Вот это попали…

Лёха открыл рот, чтобы выяснить, что всё это значит, когда вперёд выступил Кержак и, вскинув свой костяной жезл, громко произнёс:

– Я, Кержак Золотой Клык, старейшина рода урух-кай и верховный маг этого народа, говорю: отныне и до смерти ты, Дальвар, брат князя гномов Родри Два Кулака, становишься другом народа урух-кай.

– А вот такого на моей памяти ещё не было, – еле слышно прошептал Родри, растерянно поглядывая на парня.

"– И чем мне это всё грозит? – так же тихо спросил Лёха, чувствуя, как шерсть на загривке поднимается дыбом, словно у злящегося пса.

– Потом объясню. Слушай. Думаю, это ещё не всё, – быстро прошипел Родри, вертя в пальцах пластину, полученную от парня.

– Брат князя и друг рода орков становится старшим мастером и получает под свою руку по два десятка мастеров каждого народа. Эти мастера будут обучаться у Дальвара всему, чему он сможет их обучить. Мы, совет магов двух рас, так сказали.

Едва отзвучали эти слова, как все маги вскинули свои жезлы, и из каждого из них ударил луч зелёного цвета. Лучи от жезлов гномов сошлись на жезле орка, а из него один толстый, яркий луч ударил прямо в грудь Лёхе. По телу парня пронеслось сразу несколько странных ощущений. Ему вдруг стало одновременно жарко и холодно, грустно и весело, а в голове вдруг стало настолько ясно, будто и не было всех проблем и приключений.

– Что это было? – растерянно спросил Лёха, глядя на удивлённо застывшего Родри.

– Похоже, нам решили крепко облегчить жизнь, – проворчал гном и, повернувшись к бойцам, принялся раздавать указания.

Потом, взяв парня за локоть, князь решительно повёл его в свой кабинет.