Крысиный бег #2

И не только в своём. Глядя в глаза или при прямом контакте она могла чувствовать и влиять на кровь любого человека.

Она могла заставить кровь закипеть, могла остановить сердце, или направить кровь в очень важное для мужчины место, вернее орган. Чем она часто пользовалась. Очень часто! Мужчина такие слабые в этом плане.

На расстоянии она могла чувствовать страх в крови, когда человек лжёт или ненавидит, хочет или любит, болеет или наоборот, выздоравливает. Странно, но Майки никогда не врал, она это чувствовала.

Странно, но она всё рассказал Майку и о своём Даре, и об отчиме, ожидая почувствовать у него в крови брезгливость, раздражение, разочарование или злость на неё. Но почувствовала лишь его боль и нежность, исходящую от него во все стороны и окутывающее, словно большое тёплое одеяло в морозную ночь.

В 16 лет девочка уже прекрасно знала, как работает мужской член, из-за чего он становится твёрдым, а затем мягким. Кровь! С тех пор член у отчима перестал работать совсем, по крайней мере, в присутствии падчерицы. Он ещё несколько раз пытался забраться на неё, пыхтел, кряхтел, покусывал ей соски и трогал её абсолютно сухую промежность.Даже переворачивал её на живот, чтобы не видеть в полумраке комнаты её бесстыжие глаза, и пытался взять сзади. Долго что-то наяривал у себя в паху, но у него так ничего не вышло.

Третий раз, рассердившись и избив девочку почти до полусмерти, словно чувствуя её вину, он ушёл и перестал к ней приходить. А Алина с тех пор стала относиться к мужчинам старше её с опаской, страхом и ненавистью. Это сильно повлияло на её сексуальную жизнь в будущем, хотя она этого ещё не знала.

Как только ей стукнуло 18, и она могла законно жить сама, у отчима случилась проблема с сердцем, что-то связанно с недостаточностью или с закупорками сосудов в сердце, и он умер.

"И первый нормальный, осознанный секс у Алины был в 22, с проректором её института. И не ради хорошей оценки, у неё с этим и так было всё хорошо. Просто, он был хорошим, всегда помогал ей и всё объяснял. Это было выражение благодарности, даже несмотря на то, что ей было очень неприятно.