Крым наш!

Если есть глава преступного мира, то уже знаешь, чью голову рубить, чтобы очистить город от скверны. А тут все гастролёры.

— Следить за любыми перемещениями Разумовского! Лучших людей поставь, сам лично займись этим делом! Жду предложений. До нашего отбытия на войну ответ Разумовскому должен прозвучать! — ставил я задачи и Кашину, и самому себе.

— Сие тайна? Али офицеры будут знать о слежке за Разумовским? Можно ли к ним обращаться? — задал вполне резонный вопрос Кашин.

Конечно же, желательно, чтобы месть осуществлялась в какой-то тайне, но с тем, чтобы оставалось понимание — это свершил именно я.

Никаких доказательств прямого участия не может быть, но все должны понимать, за что и про что вдруг исчезнет Разумовский.

Вот только нужно мне всё-таки доверять тем, кого я причисляю к своей команде. Понятно, что только что я узнал о предательстве со стороны, пускай всего лишь рядового, но из ближнего моего круга. Но без доверия нельзя вершить большие дела.

— Подойди к Саватееву и скажи всё обстоятельно.

Пусть он знает! — сказал я и уже собрался возвращаться к Ломоносову, но решил кое-что уточнить: — Что взяли с убитых казаков?

Я видел коней, на которых подъезжали все, кто впоследствии атаковал мой дом. Были у некоторых из них и вполне добротные пистолеты, были ружья. Я просто сделал вполне себе закономерный вывод: нужно собрать все, что есть у убитых. Нам пригодится.

— Со всех собраны четыреста шестнадцать рублей серебром, — начал по памяти перечислять Кашин."

"Четыреста шестнадцать рублей с убитых, коих более семидесяти человек — это немало.

Это означало то, что казаки получили часть обещанных выплат за то, что они должны были совершить. Также удалось изловить тридцать шесть коней. Правда, Кашин утверждает, что более половины из этих животных — не самые лучшие, но в хозяйстве всё пригодится. Семьдесят три пары добротных сапог достались нам. И это, кстати, тоже ценный ресурс, который можно было бы взять с собой на войну.

И то, что у ликвидированных налётчиков были затрофеены сорок девять пистолетов, также нам очень и очень впору.

Сейчас на каждого моего бойца из роты приходится чуть меньше, чем два пистолета. И я хотел бы повысить этот показатель. С учётом того, что в самое ближайшее время я буду принимать новобранцев, которых вряд ли будут отпускать из пехотных частей с пистолетами и даже добротными фузеями. Каждый ствол нужен. Можно надеяться на полковое обеспечение, но и сам крутиться, да изыскивать полезное, нужно.