Крылья за моей спиной

 — А ты меня донесёшь?

— Ты сомневаешься? Донесу, куда хочешь.

— Я не о том. Ты трезвый?

— Да.

— А как это у тебя получилось?

— Не знаю. Опыт, наверное. А может, я трезвею, когда на тебя смотрю?

Она наморщила лоб, призадумавшись.

— Какой-то сомнительный комплимент.

— Я в хорошем смысле.

Настя носом ему в ухо уткнулась, подышала, и Маркелов тут же головой дёрнул, когда щекотно стало.

Дома Настя первым делом сбросила туфли. Ноги гудели от целого дня на шпильках. Она присела на кресло в гостиной, пошевелила пальцами, и чуть слышно простонала от удовольствия.

Обернулась, когда Серёжа в комнату вошёл. Она его, как трезвого родителя, отправила к Григорьевым, проверить, как там Вика, с няней и подружкой.

— Они спокойно спят, — сообщил ей Маркелов, как только вошёл. — Раиса как её там по батюшке, говорит, что нечего ребёнка будить и таскать, пусть спит, и я склонен с ней согласиться. Пусть спит.

— Пусть, — согласилась Настя, откинувшись на спинку кресла. Сергей подошёл и посмотрел на неё сверху, потом наклонился, уперевшись руками в подлокотники.

— Голова кружится?

— Уже получше. А ты не устал?

Он лишь плечами пожал. Настя руку подняла и галстук на его шее ещё больше ослабила.

— Вот и годовщину пережили.

Сергей вздёрнул брови.

— Что значит «пережили»? — шутливо поинтересовался он.

— Серёж, ты хоть понимаешь, что второй десяток пошёл. Это больше, чем половина моей жизни.

— О, пофилософствовать потянуло. Давай я тебе лучше ванну налью?

— Ванну?

На его губах появилась проказливая улыбка.

— Я тебе спинку потру.

— Ну да, а то я тебя не знаю. Ты же юрист.

— И что?

— Ты же врёшь, как дышишь.

Он хохотнул.

— Чего-то я не понял.

— Ты сейчас одно обещаешь, а потом окажется, что это я тебе должна спинку потереть.

Маркелов наклонился и легко поцеловал её в губы.

— Ты сегодня всех затмила. Такая красивая.

— Даже пьяная красивая?

— Да. Только макияж немного размазался.

Настя машинально схватилась за горящие щёки.

— Где?

— Пойдём в ванную, покажу.

С кресла он её поднял, за талию приобнял, поддерживая, а когда в спальню вошли, Серёжа Настю спиной к себе повернул, расстегнул молнию на платье.

Помог тому соскользнуть вниз, а сам губами к Настиному плечу прижался. Поддел пальцем бретельку кружевного бюстгальтера. Настя странно вздохнула, с лёгким всхлипом, в его объятиях развернулась и обняла. Голову подняла, подставляя губы для поцелуя.

— Серёжка.

— М-м?"

"Она погладила его по плечу, потом рука поднялась к его волосам.