Крылатым не входить!

Значит на Александра тоже когда-то охотился цербер? Он натворил что-то столь же опасное, как и временная петля? И теперь служит вампирам? Неужели, все совсем как в фильмах про Дракулу, где на каждого немертвого приходиться свой слуга - «дневной представитель»?

— Зачем тебе тогда идти против своих хозяев? — я даже не подумала о том, как это будет звучать со стороны, лишь озвучила то, что крутилось на языке.

Вот только едва договорив последнее слово, я поняла, что ляпнула что-то не то.

Глаза гарпия полыхнули гневом, крылья вздрогнули, словно он хотел расправить их прямо здесь, рука, до этого нежно придерживающая меня за подбородок, стала словно каменной, пальцы чуть сжались.

— Они мне не хозяева, — буквально выплюнул он.

— Прости, я просто не так выразилась… — пролепетала я, опасаясь этой вспышки.

Гарпий же так и полыхал праведным гневом, опаляя меня своей яростью. И кто меня только за язык дернул? Кажется, еще секунда, и он просто на части меня разорвет!

— Прости, — повторила я, не уверенная, что в первый раз он меня услышал.

Вот только вместо того, чтобы отпустить меня наконец, он вдруг придвинулся ближе, кухонный гарнитур уперся в мою спину, отступать было некуда.

Я напряглась, боясь того, что последует дальше. Казалось, он вот-вот или ударит, или поцелует меня, но мужчина мешкал, лишь сверля взглядом и раздувая ноздри.

Видя, что он медлит, я тряхнула головой, сбрасывая наваждение.

— Кажется, надо еще выпить… — пробормотала еле слышно, отворачиваясь от него.

Но не успела сделать и шага, как он перехватил мою руку, разворачивая, прижимая меня к себе и впиваясь отчаянным поцелуем.

Его губы терзали мои, словно наказывая за неосторожные слова, вымещая весь гнев, всю боль.

Мое тело, уже давно забывшее чужие ласки, откликнулось мгновенно, словно некая жестокость была необходима, она обостряла уснувшие давно инстинкты и чувства.

Алкоголь шумел в голове, заглушая рассудок, и все, что я могла, это исступленно отвечать.

Александр вдруг коротко выдохнул мне прямо в губы, а затем отскочил, прижимая ладонь к плечу, словно там что-то болело.

Я растерянно вытерла губы, не понимая, что сделала не так.

— Извини, — низко произнес он. — Я не должен был… Мне надо идти.

— Стой! А я? Ты даже не рассказал мне всего! — растерялась я.