Крушение иллюзий

Старого доброго мяса, чтобы пожарить старый добрый гриль. Мне не нравится, сэр, что афганцев в два раза больше нас, и на них, по сути, держится оборона стратегически важной точки. Если муджики пойдут на приступ ночью — может получиться все, что угодно, сэр. Я думаю, этот афганец авторитет среди своих, и хочу прощупать, чем он дышит. К тому же одно дело — просто предать американца, и совсем другое — предать американца, с которым ты преломил хлеб. Это разные вещи, понимаете, сэр?"

"— Вы специалист по контактам с местными?

— Нет, сэр.

Офицер пожал плечами.

— Сколько времени вам понадобится?

— Час… может, полтора. Спасибо, сэр.

— Не за что, сержант. Делайте, как считаете правильным[36].

Выехали на пикапе, сержант взял с собой еще и тот Bravo-AKM, который взял себе Амойо, — на всякий случай. Пикап с пулеметом, три автомата и гранаты — все это для того, чтобы преодолеть путь до города длиной меньше, чем миля.

— Где ты родился, Заболь? — спросил сержант, когда грузная туша бронетранспортера откатилась в сторону, освобождая выезд.

— В Пактии, сэр.

— А я в Техасе. Пактия — это южнее?

— Да, сэр. Южнее нас, отсюда сотня километров до моего дома.

— А мне до моего дома лететь больше двенадцати часов, Заболь, — сказал сержант, выруливая на шоссе, — только представь, полдня в самолете.

— Зачем же тогда вы воюете здесь?

Заболь по виду был опытным воином — проверил, как открывается заднее стекло, оно, как форточка, сдвигалось в сторону, и можно было пролезть к пулемету, потом опустил до половины окно, и положил на него автомат так, чтобы в случае чего — быстро начать стрелять.

— Мы хотели вам помочь, Заболь. Разве мы не помогли вам?

— Помогли, сэр, только толку от этой помощи — мало.

— Почему мало?

— Потому что вы слабые. Вы пытаетесь убедить врагов — а их надо убивать. Если бы вы прошли дальше и убили всех врагов — вас бы стали уважать.

— Дальше — это куда?

— В Пакистан.

Сержант уже пожалел, что начал этот разговор. К тому же — темнело, и он не видел отчетливо дорогу перед собой. Если кто-то успел подложить фугас на дорогу — от них потом не найдут даже, что положить в гроб. Гэтуик ощущал себя голым — он привык ездить на «Мастиффе», а тут — обычный, небронированный пикап.

— А ты почему воюешь?

— Это просто работа, сэр. Должен же я как-то обеспечивать свою семью.