Crime story № 2

– А, ну ясно: это рюкзак меня выдал? – улыбнулся Федоров.

– В том числе, – кивнула Алена. – Нет, я сразу-то ничего не поняла, только удивилась немножко: уж очень рюкзак из общего вашего образа выбивался.

– Эти люди, которые похитили Ваню, приказали, чтобы я был одет как можно проще. Чтобы ничем не выделяться среди пассажиров сельской электрички, – пояснил Федоров. – Мол, едет мужик с рюкзаком да и едет. Я старательно подобрал «гардероб»: куртку и боты нарочно купил на Средном рынке – знаете, там всякое старье продают? Штаны занял у соседа: он в них в огороде летом возится.

А рюкзак… Это Ванькин рюкзак. Мне с ним было как-то… легче.

Федоров посмотрел на Алену с извиняющимся выражением.

– Easy way! – сказала она. – Я понимаю.

– Но я чувствовал, что он бросается в глаза, поэтому и прятал его под сиденьем: то в электричке, то в автобусе. А что, кроме рюкзака, вызвало ваши подозрения? – с любопытством спросил Федоров.

– Еще меня ваши руки удивили, – усмехнулась Алена.

– Ухоженные ногти, руки явно привыкли к перчаткам, а сами пальцы длинные, музыкальные – на полторы октавы! И я вспомнила, что читала в интервью с вами: вы учились в консерватории, сын ходит в музыкальную школу.

Отец и сын, не сговариваясь, вытянули руки и показали Алене сильные, узкие ладони с длинными, очень гибкими пальцами.

– Это у нас фамильное, – сказал Федоров с гордостью. – Мой дед был знаменитый пианист, преподавал в консерватории, кому только не аккомпанировал! Отец тоже играл на рояле – в оркестре нашего Нижегородского оперного театра.

И пальцы у всех у нас – ну просто вылитые, один в один! Но я вас опять перебил."

"– Да ну, ерунда, – небрежно пожала плечами Алена. – Еще я напряглась, когда вы как бы дернулись мобильник достать… Помните, я попросила сотовый у пассажиров? Все на меня смотрели, как на ненормальную, а вы с трудом удержались, чтобы этаким привычным жестом не сунуть руку в карман. Впрочем, дело не только в этих зацепках, я на них не больно-то обращала внимание, разве что мимоходом отмечала.

Просто странностей было как-то многовато для одного отдельно взятого рейса, а по-настоящему, если честно, я насторожилась, когда вы стали требовать искать парня, укравшего мой рюкзак. Это было неестественно… как-то переизбыточно-благородно. То есть не с чего было так завестись человеку случайному! Ведь никаких особенных ценностей у меня не пропало, но вы были просто в отчаянии.