Круиз с миллиардером

Передо мной на водной глади поблёскивал красным боком небольшой моторный катер.

35

Ветер бил в лицо. Солёные брызги покрывали кожу сеточкой мелких капелек. Но главное, что Джон сидел рядом со мной и придерживал своей сильной рукой. Когда катер качало на волнах, он прижимал меня ещё крепче, словно боясь потерять.

И внутри всё пело от радости. Оказывается, как мало надо человеку для счастья.

«Аурелия», стоявшая на якоре, оставалась позади, а впереди вырастал незнакомый мне город. Белоснежные здания с яркими пятнами крыш располагались на нескольких ярусах благодаря холмистому рельефу местности.

Далтон пришвартовал катер у причала, и Джон покинул меня, чтобы ему помочь. Мужчины о чём-то недолго переговорили, но я не сумела разобрать ни слова из-за шума моря, криков чаек и того оживлённого, многоголосого гула, что бывает только в приморских городах.

Я услышала несколько испанских слов. Интересно, что это за город?

– Идём? – Джон вернулся ко мне, взял правой рукой спортивную сумку, а левую подал мне. Далтон куда-то испарился, пока я рассматривала пристань.

– Что это за город? – поинтересовалась я, ступая на просоленные доски причала.

– Тарифа, – ответил Джон, помогая мне удержаться на ногах. Неожиданно ходить по твёрдой земле оказалось не так просто. Отвыкла. Я хихикнула, ощущая себя заправским морским волком.

– Мы в Испании?

– Да, в Андалусии. Идём, – Джон взял меня за руку и потянул за собой.

Несколько минут мы шли по пляжу, продолжая держаться за руки. Я улыбалась и отчаянно крутила головой по сторонам. Здесь было так красиво. Синее, переходящее в бирюзовые оттенки, море, ярко-голубое небо с ватными клочками облаков. Чистейший песочек, без единого окурка или фантика.

Впереди справа показался небольшой островок, соединённый с берегом широким длинным молом.

– Нам туда? – с надеждой спросила я.

Джон, улыбаясь, кивнул. И вообще, с тех пор как мы отплыли с «Аурелии», он заметно расслабился, как будто скинул с себя лишний груз проблем, ответственности и ещё чего-то, что не давало ему спокойно жить и заставляло постоянно беспокоиться.

А сейчас он словно помолодел и раскрылся передо мной с совершенно другой стороны. Это был мальчишка, весёлый и озорной.