Кровавое эхо

Главная проблема состоит в том, что они принимают молчание за страх. И думают, что победа на их стороне. Впрочем, они все равно не дают тебе возможности ответить.

– Ты на меня пялишься? – спросил парень.

– Нет, – ответил Ричер.

– Не смей на меня пялиться, малыш, – заявил парень.

По тому, как он произнес слово «малыш», Ричер пришел к выводу, что он, скорее всего, мастер на лесопилке или на хлопкоперерабатывающем заводе. Иными словами, на любом местном производстве, требующем грубой физической силы. Что-нибудь вроде семейной профессии, которая передается из поколения в поколение.

– Не смей на меня смотреть, – повторил парень.

Ричер повернул голову и взглянул на него. Вовсе не затем, чтобы позлить. Он хотел его оценить. Жизнь способна бесконечно преподносить сюрпризы, и потому Ричер знал, что рано или поздно встретит человека, который будет обладать такой же силой, как и он. Но ему сразу стало ясно, что это произойдет не сегодня.

Тогда парень ткнул в него пальцем.

– Я же сказал тебе, чтобы ты на меня не глазел, – сказал он.

Палец был толстым и очень жирным. На рубашке Ричера осталось грязное пятно.

– Не делай этого, – посоветовал ему Ричер.

Парень снова ткнул в него пальцем.

– А что будет? – спросил он. – Что ты мне сделаешь?

Ричер опустил глаза и увидел на рубашке два пятна. Парень повторил свои действия. Три пятна. Ричер сжал зубы.

– Ты что, глухой? – спросил Ричер. – Я же сказал тебе, чтобы ты этого не делал.

– Хочешь меня наказать?

– Нет, – ответил Ричер. – Совсем не хочу. Я только хочу, чтобы ты перестал это делать.

– В таком случае ты трусливый кусок дерьма, – с улыбкой заявил парень.

– Как скажешь, – не стал спорить с ним Ричер.

– Или что? Что ты сделаешь?

Ричер продолжил считать: «Восемь, девять…»

– Хочешь выйти поговорить? – спросил парень.

«Десять».

– Узнаешь, если еще раз ко мне прикоснешься, – ответил Ричер. – Я предупредил тебя четыре раза.

Парень замер на миг, а потом, разумеется, решил вернуться к своим развлечениям. Ричер поймал его палец на полпути и сломал около первой костяшки. Просто дернул наверх, словно ручку двери.