Кровь и честь

Рядом с принцем, который, похоже, находился здесь уже какое-то время, на маленьком столике стоял серебряный поднос с деликатесами. Как и обычно, Доминик был без доспехов и меча, но он сохранял полное спокойствие, как человек, полностью контролирующий ситуацию.

- Ах ты, ублюдок, - крикнул Джордан, - как ты мог так поступить? Это же твоя жена!

- Ты даже более сентиментален, чем тот, чью личину носишь, - с некоторым удивлением произнес Доминик. - Любовь не связывала нас, актер.

Элизабет полагала, что использует меня как средство к достижению власти. Но дела повернулись по-другому. Бедняжка Элизабет.

Он вяло махнул свободной рукой, и одежда на Джордане и Гэвэйне моментально просохла:

- Вот так-то лучше. Не знаю, что так сильно поразило тебя, Гэвэйн? Ты всегда презирал Элизабет, как и она тебя. Или ты просто беспокоишься за судьбу замка? Не стоит. Нереальное еще не настолько сильно, чтобы пробиться сюда, минуя мои ворота.

Как только оно начнет причинять беспокойство в больших размерах, чем мне это требуется, я уничтожу проход, и нереальное снова окажется под контролем. Просто и не лишено элегантности, как и все гениальные планы.

- И чего же ты собираешься достичь всем этим? - помедлив, спросил Джордан, который едва сдерживал гнев, - Что это за цель такая, ради которой сотни людей в Западном крыле должны отдать свои жизни?

- Маленький кавардак, - ответил Доминик, - который даст моим в достаточной мере защищенным людям занять лучшие позиции в замке, чтобы сокрушить войска Луи.

Стражники Вильяма займутся борьбой с силами нереального мира и не станут мне мешать, а потом будет уже поздно что-либо делать. Я закрою проход, когда мои люди уже овладеют Полуночным Замком. Вот так и начнется мое правление.

- Последите за Домиником, - сказал Гэвэйн Джордану и, повернувшись к Элизабет, добавил: - А мне придется заняться этой мерзостью.

- Боюсь, что не могу допустить этого, - ответил Доминик. Мгновенно вскочив, он выбил из рук Гэвэйна его любимое оружие. - Ну, старик, теперь посмотрим, на что ты способен без своей волшебной секиры?

Гэвэйн, зло выругавшись, бросился было на Доминика, но принц только улыбнулся и сделал легкий жест левой рукой. Гэвэйн издал стон и рухнул на колени, пот ручьями потек по его лицу.