Кристина против миллиардера

В ее глазах мелькнул ужас за разбитый сервиз и смешался с гримасой боли на лице.

Первым опомнился Михаил. Вот вам и инвалид. Он подлетел к девушке и помог ей сесть на диван.

— Что с вами? — спросил он. — Вам плохо?

— Нет, нет, — откровенно начала врать она, но по мученическому выражению и так все было понятным.

Да и руку она до сих пор держала на пояснице.

Тут уже опомнился я, отстранил Михаила и сам опустился напротив горничной.

— Что со спиной? — строго спросил я и, видя, как Кристина пытается отвести взгляд, добавил: — Не советую врать.

— Я не знаю, — выдохнула она. — Честно.

— И давно болит? — задал еще один вопрос я.

— Пару дней, — призналась она, прикусывая губы.

В разговор опять влез Михаил.

— Очень похоже на почечную колику, — на глазок поставил он диагноз, — но лучше вызвать скорую.

С его советом я был полностью согласен, хотя сама девушка была против. В итоге 112 мы все же набрали.

Сразу после этого, будто по команде, из ниоткуда выползли Терминатор и мальчонка Кристины.

К появлению фельдшера в гостиной картина была следующей: на диване лежала тихо поскуливающая от боли Кристина, при этом она умудрялась улыбаться и гладить одной рукой по голове Максимку, чтобы тот не сильно грустил и расстраивался. Вокруг носился с лаем Терминатор. Военный Михаил, решив, что мне очень интересно, травил какую-то байку из жизни, я же, отойдя к бару, наливал себе виски. Что-то подсказало: моим нервам сегодня понадобится еще много алкогольного успокоительного, и лучше начинать принимать “лекарство” прямо сейчас.

— Подозрение на пиелонефрит и опущение почки, — выдала врач после долгого осмотра. — Нужно госпитализировать!

— Нет! — тут же воспротивилась Кристина. — Я не могу. У меня сын.

— А будет сирота, — парировала врач. — Впрочем, дело ваше. Пишите отказ!

После таких слов Максим зарыдал навзрыд.

Да так, что даже мое сердце сжалось.

— Мамочка, не умирай, пожалуйста. Езжай с тетей, а я тебя подожду.

Рыдал малой, а ком в горле стоял у меня. Кристина что-то пыталась говорить врачу, просила выписать лекарства, обещала пить их и лечиться самостоятельно, но уехать и бросить сына она не могла. У нее ведь работа… трудоголичка чертова!

— Так, — неожиданно узнал свой голос я. — Забирайте пациентку и везите в больницу. Пусть лечится, а мы тут сами разберемся.

Повисла пауза.