Крик болотной птицы

Но при этом он смотрел не на него, а на сидевших на земле Лысухина, Старикова и Воробья. Воробей, увидев гауптмана, подался ему навстречу — из чего Стариков с Лысухиным сделали однозначный вывод, что гауптман и есть тот самый Ауг.

Офицер что-то приказал солдатам, они подошли к Старикову, Лысухину и Воробью и окружили их плотным кольцом. Гауптман усмехнулся и сделал знак рукой, чтобы они следовали за солдатами. Все трое поднялись. Тяжелее всех пришлось Старикову, так как руки у него по-прежнему были связаны.

Когда они поднялись, их сразу же разделили.

— Сволочь! — произнес Стариков, неприязненно глядя на Лысухина. — Предатель! Думаешь, осыплют тебя немцы золотом за твое предательство? Сдохнешь, как собака!

И Стариков презрительно плюнул в сторону Лысухина.

Лысухину приказали лезть в кузов грузовика, Старикова повели пешим порядком, а Воробей остался на месте. Вместе с ним остался и Ауг.

Все, что успели Стариков и Лысухин, — так это обменяться короткими прощальными взглядами. Эти взгляды не были частью спектакля, они были непроизвольными, это был молчаливый разговор двух душ.

Глава 12

— Итак, повторите, что именно сказал ваш агент об этих двух людях! — требовательно произнес полковник Вайскопф. — Меня интересуют все нюансы. Даже те слова, которые ваш агент лишь хотел сказать, но отчего-то не сказал.

Гауптман Ауг досадливо поморщился. Он уже трижды во всех подробностях докладывал полковнику о своем разговоре с Воробьем — точнее говоря, со своим давним агентом Кладовщиком.

— Да, это те самые люди, которые прибыли из штаба армии, которая ведет наступление в сторону Белоруссии, — четко произнес Ауг. — Один — специалист по взрывному делу, другой — по агентурной работе. Специалист-взрывник сдался нам добровольно.