Крепость Призраков

И лишь голоса командования, как одинокие искорки, прорывались сквозь эту пелену шума и ужаса, чтобы достигнуть ушей людей.

Кричал Эрин, кричал что-то Игорь… Причём потом уже не мог вспомнить, что именно кричал. Он помнил только, что очень волновался за Алису и Веру: успели ли они скрыться. И ещё переживал за то, что его людей убивают: прямо сейчас и прямо здесь. И в этот раз он не просто расстроился, а был опасно близок к глубинам отчаяния…

Он впервые прочувствовал всем нутром, как гибель каждого человека буквально делает его оборону слабее, пробивая брешь в защите, ослабляя всё его маленькое войско… И ему очень хотелось тоскливо завыть.

Но… Не время и не место для эмоций. И уж точно нельзя показывать своё отчаяние оставшимся защитникам, роняя их боевой дух.

Впрочем, в грохоте сражения ни комендант, ни нюхач и себя-то толком не могли услышать. На врагов обрушивались удары кулаков «изделий», мечи активированных рабов, стрелы, болты и пули…

Игорь сунул свой болтомёт Владу, а сам рванул в гущу схватки с перначом наперевес.

Он бил, он рвал когтями, он крутился, ревел, ругался, снова бил… Его хватали зубами, валили на землю, в какой-то момент по нему пробежало тяжёлое порождение Хаоса…

Доспех спасал от опасных ран, принимая на себя урон, но прочность каждой его части таяла прямо на глазах. Да и прикрыть полностью он не мог. Только модифицированная кожа и самолечение ещё помогали Игорю двигаться и махать оружием и когтями…

А потом он огляделся и понял: на вершине больше нет врагов. Изделия и пятеро выживших рабов-латников перемалывали порождений Хаоса, рвущихся наверх по лестнице.

А люди, воодушевлённые близостью победы, уже снова бежали к краю вершины, готовясь стрелять.

Одиннадцать трупов жителей, шесть трупов латников-рабов, туши чудовищ и пустые доспехи порождений – вот и всё, что напоминало о недавней страшной атаке…

– Игорь! – Влад протянул коменданту обратно его болтомёт.

Игорь попытался взять оружие, но понял, что его шатает от усталости и потери сил. И просто махнул рукой – мол, сам иди, если хочешь.

Влад помчался к краю вершины, а Игорь побрёл в сторону блокгауза, где Виктор и Дмитрий лечили раненых.

На полпути на него налетела жена, которая принялась осматривать прорехи в доспехах. Она плакала и, похоже, слабо верила в то, что муж выбрался из бойни живым. Игорь же успокаивал её и говорил, что всё в порядке.

Хотя и понимал, что в порядке ничего не было. Слишком много смертей, слишком много ранений – и слишком мало шансов всё исправить.