Крепость надежды

Под подошвой сапога хрустнуло, и, опустив глаза, я обнаружил, что под ногами разбросано множество сухих ветвей, листьев и прочего растительного мусора. Значит, питающий озеро водопад берет свое начало где-то на поверхности. Иначе не объяснить. Странно. Судя по имеющейся у нас карте, ближайшая река находится за много лиг от нас. Это какое же расстояние вода преодолевает под землей, прежде чем бурлящим потоком обрушиться в озеро?

— Рикар, Лени, соберите ветки и разожгите костер там, где повыше. Да дров побольше подкиньте.

Мужчины сноровисто принялись собирать все, что может гореть, а я решил проверить пришедшую в голову мысль. Подойдя к кромке темной воды я вытянул факел и всмотрелся. Вода была кристально чистой, и в свете факела я легко рассмотрел песчаное дно и покачивающиеся нити водорослей. Замерев на месте и продолжая всматриваться, я скоро был вознагражден за свою стойкость — в свете факела промелькнула стайка теней и растворилась в глубине. Озеро обитаемо.

Все верно. Если ширины подземного русла достаточно, чтобы с легкостью притащить обломки бревен и сучьев… Рыбы здесь должно быть более чем достаточно. Я прикинул, какие выгоды это может нам сулить, и после недолгого раздумья решил, что никаких преимуществ это не дает — к моему глубокому сожалению, подземное озеро находилось на слишком большом удалении от лагеря. Тратить полдня, чтобы добраться до места рыбалки, это уже слишком. А после того как я осуществлю свой замысел — а теперь я в этом полностью уверен, — добраться сюда будет почти невозможно.

— А-аа-а-аа-а… — Захлебывающийся от ужаса вопль Лени разнесся по огромной пещере и эхом отразился от стен. Я кинулся по направлению к источнику звука, на ходу нащупывая рукоять ножа. — М-мертвяки! Господин, бегите! Мертвяки!

«Нам конец», — промелькнуло у меня в голове. Если с одним восставшим из царства мертвых еще можно справиться нашим жалким оружием, то сразу с несколькими практически невозможно. Одна надежда на массивный топор Рикара.

Я наконец-то справился с кожаным ремешком на ножнах и выхватил нож. Перепрыгнул через вынесенное волнами на песок бревно и огромными прыжками понесся по направлению к мерцающему свету. Бессвязные вопли сражающегося Лени не прекращались ни на миг, и это обнадеживало — значит, еще жив и сопротивляется. Я не представлял, что могу сделать с жалким ножом против неподатливой мертвой плоти, но оставлять своих людей в беде не собирался.