Красный Вервольф – 5

— Всегда рад чистить

ваши штиблеты!

Посмотрев на часы, я направился к дому Сухомлинского. Вскоре должна вернуться с

работы Марта. Да и мне не мешает посидеть в тишине и все обдумать. Уж больно

заковыристая задачка. Извлечь папку с научными материалами из сейфа местного отделения

Аненербе — сложно, но можно. Вытащить профессора из-за стенка — можно, но сложно. А

вот как изъять из немецких мозгов то, что могло туда из этой заветной папочки попасть? И

тем не менее — именно эту задачу поставило руководство перед бывшей княгиней

Шаховской.

В прихожей меня встретила Глаша. Надутые губки выражали неодобрение. Надо"

"думать, моими любовными похождениями. Приняла у меня пальто и шляпу. Сообщила, что

князь отбыл по делам, обед готов, можно подавать. Я сказал, что подожду фройляйн Зунд,

чем вогнал горничную в еще большее уныние. Чтобы как-то утешить ее, я попросил подать

мне кофе в кабинет. А сам прошел в ванную. Колонка была теплая, так что помыть руки

можно было с комфортом, а вот к приходу Марты не мешало бы нагреть воду как следует.

— Спасибо, милая! — сказал я, когда горничная принесла кофейник на серебряном

подносике, с фарфоровой чашечкой и блюдечком с конфетами.

Именно так любил пить кофе Базиль Горчаков, о чем я узнал, случайно. Старый князь

как-то проговорился, что в «моем семействе» бытовала такая странная привычка. Пришлось

соответствовать. Взяв чашечку, как положено, двумя пальцами и чтобы мизинец непременно

— на отлете, я сказал:

— Да, Глашенька! Скажи Захару, чтобы колонку растопил!

— Мадам вернутся, и соизволят принять ванную? — съязвила горничная.

Мне захотелось по-барски отвесить ей леща пониже спины, но удержало опасение, что

эта шалость будет воспринята как сигнал к сближению.

— Не мадам, а — мадемуазель! — поправил я. — Вернее — фройляйн.

— Я по-немецки не понимаю, — насупилась Глафира. — Они моего тятеньку под

Перемышлем в шестнадцатом убили.

— Соболезную, но не скажи это при наших немецких гостях.

понимают по-нашему.

Сердито стуча каблуками, она удалилась. Я остался наедине с кофе и своими мыслями.

Итак, что я узнал от засланной княгини? Галанина взяло не гестапо и даже — не Абвер. Он

взят по заказу Аненербе, благодаря чему, собственно, жив до сих пор. Аненербе, несмотря на

свою специфику, заинтересовано в участии в создании нацистского атомного оружия. Это как

раз понятно.