Красное бедствие

Отлично, поездка сюда оказалась не напрасной!

– Лошадь готова, – сообщил бледный от страха конюшенный мальчик.

– Ты помнишь, как выглядит дочь лорда Оррена? – спросил Рай.

– Да, господин.

– Тогда помоги мне.

Райордан уселся на каменную скамью и достал из кармана чистый лист бумаги. Он планировал использовать его для заметок или в случае, если понадобится отправить кому-то послание, но, похоже, придется обойтись.

– Я буду рисовать, – он показал мальчишке огрызок пера и крошечную чернильницу, спрятанную в кольце, – а ты говори, где поправить.

– Д-да, – неуверенно откликнулся мальчишка.

– Она из лунного народа.

– А! – Малец просиял. – Это Фэй, ее знают все.

– Отлично. Ее я тоже нарисую. Опиши мне обеих.

Мальчишка замялся. Он бросил взгляд на раскачивающееся тело над воротами крепости, и Рай решил подбодрить его:

– Если ты все расскажешь мне, твое тело не окажется рядом с телом твоего лорда.

Сперва Рай долго рисовал и стирал отдельные черты, лица и профили палочкой на песке.

"Дочь Кловер оказалась красавицей, правда, ее нос немного портил впечатление, а вот та, вторая, женщина-воин, вышла настолько угрожающей, что Рая пробрал озноб. Не хотелось бы ему встретиться с ней в бою…

– Можешь идти. – Рай кинул мальчишке мелкую монету и вернулся к рисованию.

Он выверенными штрихами перенес получившиеся портреты на лист бумаги и окликнул капитана.

– Отнеси это вашему Говорящему и скажи, что он должен отрисовать столько копий, сколько сможет. Потом раздай листовки солдатам, гонцам, всем, кто сможет развесить их в окрестных городах. И пусть они заглянут в Высокое Место и в земли Серых Ветров.

– Лорд Спайк все еще не склонился, – холодно бросил капитан.

– Вот как? Тогда дождись, пока Воющий Дом постигнет участь Синей Крепости, и вот тогда отправь туда гонцов. Напомню: это приказ императора.

Капитан был явно недоволен тем, что Райордан позволял себе отдавать приказы, козыряя именем Лаверна, но все же кивнул, прежде чем уйти.

Проводив его взглядом, Райордан поднялся на ноги и хмуро посмотрел на сбившихся в кучу людей. Загнаны в клетки, словно скот. Бесправные, безвольные.

«Стоило ли твое упрямство их жизней, лорд Оррен?»

– У них осталось два сына.

Рай вздрогнул и уставился на сухонькую старушку, прижимающую к груди сведенные болезнью руки.