Красное бедствие

– Вы тоже можете уйти! Пожалуйста, мама… Бабушка, а ты? – Ромэйн повернулась к старушке и протянула к ней руки.

– Еще чего не хватало, быть обузой в дороге, – отмахнулась та. – Каждый должен исполнить свой долг.

– Семья, долг, честь. – Мать подошла к Ромэйн и протянула ей бритву. – Не позволь Лаверну стереть наш Дом с лица земли.

– Мама…

Бритву взяла бабушка. Одним безжалостным движением она срезала локоны Ромэйн и бросила их к ее ногам. Матушка взяла ее за руки и сжимала их, пока пожилая леди торопливо сбривала остатки волос с ее головы.

Слезы навернулись на глазах, и Ромэйн никак не могла понять, почему плачет – из-за волос или из-за родителей, увидеть которых ей, возможно, больше никогда не доведется.

«Все это происходит из-за Лаверна, – думала она, пока лезвие с противным звуком скребло по коже, – из-за его неуемной жажды власти. Это он виноват во всем, что происходит. Он виноват в том, что мои люди умирают».

Стиснув зубы, Ромэйн гордо расправила плечи и перестала плакать. Слезы жгли глаза, но она не позволила им пролиться.

– Вот и все, – тихо сказала бабушка.

Ромэйн провела дрожащей рукой по голове и шмыгнула носом. Матушка ласково прикоснулась к ее лицу, и с трудом сдерживаемые слезы крупными каплями покатились по щекам.

– Я хочу увидеть отца, – прошептала Ромэйн.

– Оррен уже на улице, – сказала матушка. – Это он приказал тебе немедленно уходить.

– Будь осторожна, дорогая. – Бабушка сжала запястье Ромэйн. – Дольф и Монти знают, что делать, просто постарайся их найти.

Матушка обняла их обеих, и они ненадолго замерли в полумраке комнаты.

– Иди. – Мать оттолкнула Ромэйн и утерла слезы. – Немедленно уходи!

– Я не подведу, – пообещала она. – Мама, я найду Монти и Дольфа, и мы…

– Ступай! – выкрикнула бабушка. – И сделай все, чтобы этот ублюдок не получил ни клочка нашей земли!

Ромэйн пятилась до самой двери, не отрывая взгляда от замерших матери и бабушки. Больно. Ей никогда не было так больно.