Красное бедствие

Узнай он, что затеял Лаверн, как бы поступил?

– Отец, – прошептал Савьер, – как жаль, что ты не сказал мне, что делать, если мой брат сойдет с ума.

В небе закричала эмпуссия. Савьер зябко поежился и повернулся, готовый вступить в сражение с крутым склоном, но увидел прямо над собой Хести со скрещенными на груди руками и застыл.

По спине пробежал холодок. Она видела, как он отпустил сокола?

– Долго там стоять собрался? – задиристо спросила Хести.

– Как раз собираюсь уходить, – ответил Савьер. – Не поможешь?

Ловко, словно горная коза, Хести спустилась и по-хозяйски обхватила его за талию.

– Давай, раз, два… Вот так.

Они довольно быстро поднялись по склону, и Савьер был готов поблагодарить Хести за помощь, но, едва он открыл рот, та спросила:

– Это был твой отец?

– Какая-то часть моего отца, – ответил он.

– Глупая традиция. Думаешь, ему есть дело до того, что стало с его прахом?

– Мне есть дело, – довольно резко ответил Савьер.

– Меня они не обнадеживают. – Хести пожала плечами. – Мой народ отдает последние почести умершим иначе.

– Да? – Савьер, хромая, медленно побрел следом за ней. – И как же?

– Мы съедаем их сердца.

Савьер едва не упал, запутавшись в собственных ногах. Он уставился в лицо Хести, пытаясь понять, шутит она или нет.

Кажется, она не шутила.

– В-варварство, – пробормотал он, начав заикаться от потрясения.

– Это для вас варварство, а для нас – традиция.

– И чье сердце ты съела?

– Своей матери, – просто ответила она.

– А тво-твой отец?

– Ты совсем ничего не знаешь, калека? – Хести фыркнула. – Я не знаю, кто он. Мужчины работают в Мрачной Долине, они редко забредают в замок, а если и приходят, то только затем, чтобы зачать ребенка.

– Но ведь у лунного народа были короли, разве нет? С каких пор мужчины-нуады не могут жить в замке? – Савьер попытался вспомнить, что ему рассказывал Фрий.

– Были. Но теперь у нас нет королей, только Верховная, орден жриц Трехликой Богини и те, кто трудится в Мрачной Долине.

– Там живут только мужчины?

– Нет. Есть и женщины, – задумчиво ответила Хести. – В Мрачной Долине строят новые города. Почти весь наш народ живет там, а в замке на Белом Утесе только жрицы и Верховная.

– Почему вы помогаете Лаверну? – спросил Савьер.