Красное бедствие

Тет никогда не позволяла ему касаться ее сущности, тогда как сама охотно питалась от него. И вот, наконец, спустя сотни лет он почувствовал на языке сладкий, сводящий с ума вкус, о котором мечтал слишком долго…

«Я пытаюсь ей помочь, – мысленно убеждал он себя, вбирая густую кровь, – просто пытаюсь помочь».

Сперва он перестал чувствовать острые когти, впившиеся в его спину, потом ощутил под пальцами мягкую кожу. Кровь медленно теряла насыщенный вкус, шерсть под губами исчезла.

Нехотя, с глухим стоном, Халахэль оторвался от шеи Ромэйн и повалился на песок в состоянии близком к эйфории.

Он приподнялся на локтях и увидел, что Ромэйн разглядывает его. Смущенно кашлянув, он спросил:

– Все прошло?

Она кивнула.

– Ты можешь стать очень могущественной, если научишься управлять этой силой, – сказал Халахэль, всеми силами пытаясь поддержать ее.

– Насколько? – неожиданно жестко спросила Ромэйн.

– Возможно, равной мне.

Она задумчиво прищурилась и долго молчала. Халахэль тем временем пытался восстановить дыхание и вернуть разуму ясность.

– Ты научишь меня контролировать это?

На его глазах маленькая леди превращалась в маленькую воительницу.

– Я бы мог, – осторожно начал Хэль, – но зачем тебе это?

– Ради мести, – жестко ответила она. – Ты сам сказал, что моя кровь напела тебе это. И знаешь что? Ты прав. Больше всего на свете я хочу уничтожить Дом Лаверна и всех, в ком течет кровь безумцев.

Халахэль усмехнулся, удивленный неожиданной переменой ее настроения. Он поднялся на ноги, подошел к ней и протянул руку.

– Тогда я обучу тебя, моя леди.

Ромэйн не колебалась – вложила свою узкую ладонь в его и кивнула. Они будто заключили сделку, и Хэлю нравилось то, с какой яростью девчонка смотрела на него.

– Жди здесь, я принесу чистую одежду. – Он окинул Ромэйн придирчивым взглядом.

Глава 35

– Смотрите-ка, отсюда видны крыши!

Райордан вскинул голову и посмотрел на Барниша. Тот махал огромной лапищей, подзывая остальных.

– Что это там? – Латиш оперся на дерево и встал на носочки, чтобы разглядеть блестящие в лучах бледного солнца пагоды.

– Никак, твоя родина? – Ливр повернулся к Мираю. – Не желаешь заглянуть на огонек?

– Очень смешно, – одернула его Фэй.