Красавица и Ректор: расколдовать любой ценой

— У нас гостья? Боги и их дети, гостья! Что же ты не сказал, мужлан ты неотесанный? Видела бы вас ваша матушка! Мисс, что же вы стоите? Ах, где мои манеры, позвольте вашу мантию?..

— Дрангур, — угрожающе сказал ректор Стортон. — Это моя адептка.

Желтые глаза впились в его лицо. Крыло дернулось, как будто пыталось толкнуть ректора Стортона в плечо.

— Адептка? Олли, право слово, какой ты шалун! Ваш дядюшка Джастин тобой бы гордился. Он, по правде говоря, очень любил преподавать, особенно — языки, особенно — барышням.

— Дрангур! — взвыл ректор Стортон. — Будь добр, накрой на стол в малой гостиной и покорми нашу гостью. Она…

— Ни слова больше! Гость, подумать только! У нас в доме — гость! Девушка! Красивая! Ах, Олли, неужели я скоро услышу топот маленьких ножек по этому паркету?"

"— Если не займешься ловлей крыс — услышишь непременно. И ножки будут отнюдь не маленькими, — ядовито ответил ректор. — Уннер, проходите. Ужин сейчас подадут.

Я опасливо приблизилась к ректора и его странному… товарищу.

— Это Дрангур.

Фамильяр, вот как! Никогда их не видела, но слышала, что у некоторых родов они есть: волшебные хранители, которые призваны оберегать семью и питать ее силой. Взамен сила рода подпитывала их. Это был взаимный и обоюдовыгодный симбиоз, как, к примеру, складывается у больших и маленьких рыб.

— Разумеется, покажу! — воскликнул фамильяр и… дотронулся до меня кончиком крыла.

— Дрангур!

— Тебе стоило бы переодеться, Олли! В конце концов, это же просто неприлично!

Глава 22

— Дрангур! — рявкнул ректор, и фамильяр наконец соизволил церемонно поклониться.

Что я знала о фамильярах? Выходило, что не так уж много, о них совсем чуть-чуть рассказывали на занятиях по существознанию. Фамильяры… по правде говоря, суть их была — паразитической. Они не могли жить самостоятельно, в отличие от келпи, например, или гримов.

Разумеется, выгонять фамильяра никому и в голову не приходило: это же не полтергейст, от которого одни проблемы! Фамильяры защищали свои семьи и помогали им во всем, становились родными в прямом и переносном смысле.

Пока мы шли по коридору, пока поднимались по лестнице, я исподтишка пыталась оглядеться. Все вокруг было… странным.