Красавица для Чудовища (СИ)

Было почти пять утра, а я все никак не могла уснуть, а уж тем более, восстановить сердечный ритм. Думает ли он обо мне так же, как и я о нем?

Утром я приняла решение лететь с Дашей в Сочи, чтобы вернуться в адекватное состояние. Собрав чемодан, зашла на сайт авиабилетов и, к счастью, сумела купить последний билет на тот же рейс, что был у Даши. Сердце готово было выскочить из груди: я никогда не принимала спонтанных решений. Пусть даже косвенно на это повлиял мой муж.

С подругой мы встретились уже вечером, в аэропорту Домодедово.

Поздоровавшись с Сергеем и Мироном, сопровождающими нас весь путь, мы с подругой отошли в сторону. Даша собиралась купить себе кофе, а я, улучив момент, с грохочущем сердцем за грудиной, вытащила телефон из кармана зимней куртки и решила позвонить Мише. Короткие гудки, и вызов сразу же оборвался. Покачала головой, откидывая плохое предчувствие куда подальше.

Наш рейс, к счастью не задержали, и вскоре мы без проблем приземлились в городе. Правда, немного утомила сама поездка от Сочи до Роза Хутор, и добравшись до отеля глубокой ночью, приняв душ, уставшие, мы с подругой легли спать.

В горах было холодно и одевшись потеплее утром, я спустилась к стойке ресепшн, чтобы попросить дополнительный комплект с полотенцами, который забыли нам принести прошлой ночью. Я с особым трепетом относилась к моей первой, одиночной поездке в другой город, но в глубине души, все равно ощущала вязкую тоску.

Расписавшись на бланке, внезапно, справа от себя, я ощутила жгучее покалывание. Услышала знакомый голос, и сердце мгновенно подскочило к горлу, отчего медленно развернувшись, я поражено застыла.

По лестнице, говоря по телефону, спускался мой муж. Сначала я подумала, что это всего лишь наваждение, оправдывая свое безумие недосыпом и жуткой усталостью, но, сделав шаг вперед, убедилась в том, что это, все-таки, правда.

Заметив меня, Миша остановился.

— Миша! — не сдержавшись, закричала я, и бросилась ему на шею.

Мужчина прижал меня мертвой хваткой к своему телу и тихо, едва уловимо, зарывшись в мои волосы, прошептал:

— Малышка моя.