Край земли-2. Огонь и пепел

– Но я все равно хочу подставить тебе свое плечо, – продолжал улыбаться и любоваться ею Михаил.

– Ну, тогда другое. – Собески перебралась через мужа, не забыв щекотнуть его бока, и пристроилась с другой стороны, положив голову на его подставленное правое плечо.

Михаил приобнял ее, целуя в лоб.

– Когда эта твоя рука тоже онемеет, разбуди меня, – прошептала Собески.

– Нет, ну что ты…

– Разбуди, – настаивала Оливия. – Если каждый раз, просыпаясь, я буду слышать от тебя, что ты меня любишь, то буди меня чаще, милый.

Он обнял ее еще крепче, зарывшись лицом в золотые волосы.

На улице снова громыхнуло…"

"– Я целую вечность не слышала грома, – тихо сказала Оливия. – В детстве я любила грозы. Выбегала на улицу, а отец меня ругал за это. Ведь гроза опасна. Но мой отец так ругал… Так ласково… Так заботливо…

Она вдруг поднялась над мужем и широко раскрытыми глазами уставилась на него:

– Я ужасно боюсь, Миша. Я понимаю, что если судьба все же подарила нам возможность зачать новую жизнь, то теперь мы просто обязаны этой новой жизни дать шанс.

– Любимая, но я же с тобой…

– Прошу тебя, дай мне договорить, пока я не позабыла весь этот порядок мыслей. Я бесконечно благодарна тебе за то, что ты со мной.

– Оля, я!..

– Подожди милый! – она зажала ладонью его рот. – Только прошу тебя, не давай мне сейчас клятв, что именно так все и будет, и что именно так ты и сделаешь! Ведь я требую от тебя невозможного и не хочу, чтоб ты потом винил себя, думая, что не вполне справился с тем, чтобы сдержать такое обещание, понимаешь?! Я знаю, что ничто так не убивает в мужчинах мужественность, как глупые запросы женщин и их эгоистичные списки, где по пунктам расписан образ полубога-полудьявола.