Край земли. Затерянный рай

– Моусли, что в словах «не трогать их машину и не подходить к ней» ты не понял, а? – строго спросил Джонсон.

– Что я не понял? Это ведь твоя работа! Это ты у нас за безопасность отвечаешь, не так ли?!

– Прекрати орать, – устало вздохнул шериф. – Проклятье, мне посчастливилось два дня не видеть и не слышать твоих истерик. И вот опять, Моусли.

– Они готовятся к атаке, Карл! А это – сигнальная ракета!

– А это шляпа, – кивнул Риггз на свой головной убор, лежащий на столе. – А это, – он показал на выход, – дверь.

– Да, Карл?

– В одном прав Марк. Ты у нас за безопасность отвечаешь. Верно?

– О да, – усмехнулся Джонсон и шагнул к Моусли. Как только они оказались рядом, контраст был очевиден. Громила на голову был выше Марка, и напрягшиеся бицепсы Рона просто ужасали. Он схватил вошедшего и вытолкал за дверь, выходя за ним следом.

После того как дверь за ними закрылась и в офисе шерифа воцарилась тишина, Карл вздохнул, уставившись на карту.

– Я приношу свои извинения, – заговорил он после недолгого молчания. – Это… Это был Марк Уолтер Моусли. И он… идиот… Как же без них, черт возьми…

– Ничего. Бывает. Мы понимаем, – кивнул Михаил.

– Это действительно была сигнальная ракета?

– Да, – сказал Антонио. – И она принадлежит мне.

– Да вы не волнуйтесь. Джонсон вернет ее на место. Признайтесь честно, что еще вы прячете в машине? У вас есть оружие?

– У нас есть оружие. Самодельный арбалет, пара копий, ножи и топоры.

– Смешно, – хмыкнул Риггз. – Ваши куры способны давать потомство?

– Конечно.

– Видите ли, мы перебиваемся мясом и яйцами чаек и альбатросов. Привыкли, знаете ли, за годы скитаний по алеутскому архипелагу. Еще наловили здесь зайцев и пытаемся разводить. Мелковаты они, конечно. Но это ведь лучше, чем ничего…

– В свое время мы поделимся с вами цыплятами для разведения, – кивнул Крашенинников.

– Буду очень благодарен. Мы все будем благодарны. И, вероятно, раз уж вас прогнали и вы ищете новое место, то взамен захотите присоединиться к нашей общине?..

– Как я уже говорил, мистер Риггз, я буду предельно с вами откровенен и честен. Это город, в котором я родился и вырос. Это мой город. Мне не нужно ваше разрешение…

– Миша! – воскликнула Оливия. – Зачем ты так?! Он же совсем другое имел в виду!

– Дорогая, я прекрасно понимаю, что он имел в виду.