Край земли. Затерянный рай

 – Хранилища ведь под землей. Цунами не могло их повредить.

– Оно их и не повредило. Но они завалены мусором и сорванными деревьями.

– Проклятье, так иди и дай команду, чтоб расчистили как можно скорее! Ты диктатор или кто?

– Хорошо. Сколько топлива надо, чтоб их достать?

Мичман задумчиво почесал нос.

– Думаю, тонны должно хватить, – ответил он после паузы.

– Так много?!

– Много? Андрей, там корабельный дизель. Та еще прожорливая тварюга. И скажи, чтоб принесли самый длинный шланг с сечением не больше пяти сантиметров.

– Пятьдесят метров хватит? На ферме такой есть.

– Вполне хватит.

– Хорошо. – Андрей кивнул и быстро удалился.

Мичман снова сложил ладони рупором и крикнул в сторону тральщика:

– Захар! Захар!!!

– Да! Лодку уже спускают!

– Я не про то! Хватайте ведра, канистры, бутылки и тащите с корабля соляру сюда! И поживее!

– Понял!

– Палыч, зачем тебе лодка с инструментами? – спросил Никита.

– Видишь вон ту хреновину на конце шноркеля?

– Да.

– Это система предохранительных клапанов.

– Черт, Герман Павлович, что бы мы вообще без тебя сейчас делали?

– Персонально ты, Никита, кормил бы который час рыб где-нибудь в Тихом океане. Это же очевидно, – улыбнулся Самсонов. – Кстати. Вон в том цеху мы большой шлюп смолили на днях. Если его внутри цунами не разбило, надо его приволочь сюда.

– А если просто двухсотлитровая бочка?

– Бочки мало. Надо постоянно подливать топливо, чтоб в шланг воздух не попадал, тогда мы быстро подадим в топливный бак лодки нужное количество солярки.

– А что насчет масла для двигателя?

– Масло там есть. Я еще весной работоспособность проверял и запускал тот движок. Топлива тогда заправили самую малость, только чтоб проверить, работает ли.

– Ну, хорошо, – кивнул Никита. – Пойду, разберусь насчет того шлюпа.

– Давай.

После того как Самсонов остался на причале один, он стер нижнюю надпись на доске и написал:

«Без паники, парни! Прорвемся!».

* * *"

"Вечер спускался с восточных склонов сопок. Но, похоже, грядущая ночь обещала быть бессонной. Михаил озирался по сторонам, оценивая последствия цунами, обрушившегося на поселок.