Край земли. Затерянный рай

Потому и два канала. В один поступает воздух, из другого прут выхлопные газы. Лодка может находиться на перископной глубине, но дизельный двигатель будет работать[53]. Нацисты под конец той войны больше ста лодок с такой штукой строили, но почти все они так и остались на верфях Данцига[54], а то, глядишь, получил бы Гитлер свою вундервафлю, но не успел, петух австрийский.

– Господи, Палыч, что вообще ты несешь?

Вода возле перископа заколыхалась, и из нее показалась еще одна труба. Гораздо большего сечения, чем перископная, и поднялась она даже выше, чем сам перископ.

– А это еще что? – изумленно выдохнул Никита.

Самсонов улыбнулся:

– А это ответ на наши вопросы. Это и есть шноркель. Итак, одну проблему мы решили. Люди в лодке от нехватки воздуха точно не умрут.

– А как насчет всего остального?

– Воды и пищи, полагаю, у них нет. Но это не критично. Проголодаться, возможно, успеют, но не сильно. Мы их вытащим. И все благодаря этой трубе.

– Но как?

– Дай подумать. – Самсонов почесал голову, глядя себе под ноги.

– Да! – отозвались со стороны тральщика.

– Скажи этим бездельникам на корабле, чтоб собрали все мои инструменты, погрузили на шлюпку, спустили эту шлюпку на воду и гребли сюда!

– Хорошо!

– И поживей! А то я буду ломать им руки и ноги!

– Так и передам!

– Отлично, отлично… – засопел мичман и принялся снова чесать голову, теперь уже двумя руками. – Так… Так… Нужна солярка. И шланг.

Он вернулся к доске и написал:

«Где инструменты ремонтной бригады?»

– Черт, Палыч, как, по-твоему, они могут на такой вопрос ответить? – скривился Вишневский. – Задай вопрос, на который можно ответить «да» либо «нет».

– Ладно…

«Инструменты у вас?»

Перископ ответил «да». Затем вдруг повернулся и ответил «нет».

– И что это, на хрен, значит? – развел руками Самсонов.

– Видимо, часть инструментов была в первом отсеке, – предположил Никита.

– Зараза… Слушай, а Грищенко, случайно, не в лодке?

Вишневский кивнул:

– Дементьев говорит, что он остался с Цоем, значит, скорее всего, в лодке. Да он ведь почти живет в ней.

– Уже хорошо. Даже отлично. Два солдата из стройбата заменяют экскаватор, а один матрос хреновый заменяет трактор новый.

– Это ты к чему вообще?

– Это я к тому, Никита, что Грищенко хреновый матрос. Но великолепный механик.