Краденое счастье

— Сначала окончи свою работу.

Прищурился, мой ответ явно ему не понравился. Повернулся с сотовым к окну и продолжил говорить. Я наблюдала за ним. Скорее на автопилоте, чем нарочно. За ним было невозможно не наблюдать потому что его тело идеально насколько вообще может быть идеальным тело у мужчины. Я даже не представляла сколько часов этот человек проводит в спортзале. Каждый мускул настолько рельефен, что кажется он отлит из жидкого железа или из бронзы, как статуэтки спортсменов.

Но когда мужчина снял полотенце, нисколько не смущаясь я чуть не подавилась собственным языком. Резко отвернулась, схватила щетку, бросилась к шкафчику со злополучным бумажником, потом отшатнулась от него, шарахнулась к другому шкафчику, принялась смахивать пыль дрожащими руками. Но заметить успела и полоску волос, убегающую к гладко выбритому паху и его член большой даже в спокойном состоянии. Щеки не просто горели, они пылали и жгли. Я не видела голых мужчин, кроме моего мужа и вид голого тела испанца меня шокировал. Подхватив ведерко, я хотела было тихо удрать из номера, дернула ручку, но тот оказался запертым.

— Откройте номер. Я хочу уйти.

— Ты еще не закончила. Ты ведь убирать пришла? Убирай.

Испанец сидел за столиком, он успел натянуть светло-голубые рваные джинсы, и положив ноги на соседнее кресло с нескрываемым интересом смотрел на меня. Издевательским интересом. Мне этот интерес не нравился.

Так наблюдают за глупой добычей перед тем как ее сцапать.

— Вот там под шкафом полно пыли. Вытри. У меня аллергия на пыль.

Сволочь. Под шкафом. Это мне придётся стать на четвереньки задом к нему в этом коротком платье.

— Я сжалился над тобой, не позвонил портье, не вызвал полицию. Ты сказала, что тебе нужна работа. Но ты солгала. Она тебе не нужна, потому что тебя все равно уволят. Ты бездарная горничная.

Стиснув челюсти, я намочила тряпку в воде и став на колени принялась вытирать пыль под шкафом.

В полированной поверхности я видела его отражение, как он склонил голову и смотрит на мой зад, потирая подбородок большим пальцем.

— Еще дальше, у самой стенки целые хлопья. Давай. Работай.

Наклонилась ниже, одергивая одной рукой платье, а второй пытаясь достать до плинтуса, и он вдруг мерзко присвистнул.

— О, да, тебе реально нужны деньги в таких трусах не ходит даже моя бабушка.