Кот, который играл в слова

Замужняя взглянула на него с насмешливым укором.

– Везёт же некоторым! – бросила она. – Прямо так и гребут всё под себя! Терпеть вас не могу!

Квиллер поглядел, как она проплывает через вестибюль, а потом впрыгнул в лифт за секунду до закрытия дверей.

– Интересно, с чего бы это всё? – пробормотал он. В кабинке была ещё одна пассажирка – блондинка-секретарша из отдела рекламы.

– Я только что слышала новости, – сказала она. – Мои поздравления! – И вышла из лифта на следующем этаже.

Большая надежда вздымала траченный молью квиллеровский галстук, когда он входил в отдел публицистики с его рядами зеленых металлических столов, зелёных пишущих машинок и зелёных же телефонов.

Его поманил к себе Арчи Райкер.

– Дубина, – сказал редактор публицистики. – Перси созывает в десять-тридцать летучку. Возможно, хочет обсудить это забавное «в» в твоей фамилий. Видал первый выпуск? – Он толкнул через стол газету и указал на крупно набранный заголовок: «Искусство держит квурс на квурорт». – Райкер добавил: – Никто не заметил опечатки, пока газета не поступила в продажу.

– У меня добрая шотландская фамилия, – обороняясь, выдавил Квиллер. – Не Киллером же мне вам на радость зваться? – Потом склонился над столом Райкера и сказал: – Нынче утром я ощущал некую интересную вибрацию. По-моему, Перси даст мне новое назначение.

– Если даст, это для меня сущая новость.

– Я шесть месяцев пробыл смешнейшей фигурой журналистики – криминалист, посаженный на искусство.

– Нечего было брать эту работу, раз она тебя не устраивает.

– Мне были нужны деньги. Ты это знаешь. И мне было обещано место в редакторской, как только оно появится.

– Всяческих удач, – уныло пожелал Райкер.

– По-моему, есть что-то вроде шанса. И каков бы он ни был, о нем знают все, кроме нас с тобой.

Редактор публицистики откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

– В средствах массовой информации общепринято, – провещал он, – что наиболее заинтересованные лица узнают новости последними.

Когда из редакторской донёсся звонок, Райкер с Квиллером вступили в кабинет главного редактора, сказав: «Доброе утро, Харолд».

"Тут был начальник отдела рекламы, трещавший своими манжетами. Был тут и шеф фотографов, выглядевший утомленным. Присутствовала и редакторша женского отдела в довольно-таки смелой шляпке из шкуры зебры, пославшая Квиллеру затяжной жёсткий взгляд, который его смутил. У фрэн Ангер было приторно-сладкое обаяние – он ему не доверял.