Кот, который проходил сквозь стены

Квиллер решил, что пора перекусить, и нашел забегаловку, где кое-как проглотил то, что здесь называли хот-догом – жесткую сосиску в рыхлой булке, плюс напиток, претендовавший на то, чтобы его называли кофе, и кусок совершенно резинового пирога с коркой из папье-маше. Заодно он позвонил редактору, чтобы вызвать фотографа.

– Я насчет аукциона, – сказал он Арчи Райкеру. – Нужно обязательно заснять эту толпу. Она выглядит просто невероятно!

– Я же тебе говорил: Хламтаун – красочное место, – напомнил Райкер.

– Только не присылай Крошку Спунера. Он страшно неуклюж, а здесь много хрупких вещей.

– Надо предупреждать заранее. Так что возьмешь того, кого найдем. А ты уже купил себе что-нибудь?

– Нет!!! – рявкнул Квиллер, но почему-то с удовольствием вспомнил о гербе Макинтошей.

К часу в магазине Эндрю Гланца яблоку негде было упасть.

Это большое здание построили в двадцатые годы, когда в районе только начали появляться магазины. Под высоким потолком висели медные горшки, птичьи клетки, санки, люстры всех форм и размеров и один стул со спинкой из деревянных реек.

Квиллер пробирался сквозь толпу, мысленно отмечая, о чем говорят вокруг.

– Посмотрите на эту лошадь-качалку! У меня на чердаке была точно такая, пока муж не сжег ее в камине!

– Если на донышке человечек с зонтиком посреди моста, то это кантонский фарфор, а если он сидит в чайной – нанкинский. А может, и наоборот…

– А это что такое? Вышла бы отличная чаша для пунша!

– Слава богу, я нигде не вижу того шпиля.

– Вот та самая стремянка!

– У моей бабушки тоже был мейсенский кувшин, только голубой.

– Как ты думаешь, они выставят шпиль?

Назначенный час приближался, и публика стала рассаживаться лицом к подиуму.

Да, публика собралась чрезвычайно занятная… Какой-то господин в пальто наподобие индейского пончо держал на руках собачонку в цветастой курточке. Другой был в шапке Санта-Клауса и полосатом шарфе до самого пола. Рядом с Квиллером уселась полная дама, у которой на шее висели две пары очков.

– Я в первый раз на аукционе, – обратился к ней журналист.