Корсар

– И всё-таки, какова ваша доля?

– Моя – пятьдесят рублей, компаньона – сто, и судно его.

– Хорошо, считай, что уговорил, но при одном условии – даю сто рублей серебром и плыву с вами.

– Это ты что же, нам не веришь?

– Не верил – не давал бы деньги. Был я уже в тех местах, куда вы собираетесь – в той же Венеции, язык знаю, порядки местные.

– Иди ты, – удивился Ксандр, – а чего раньше молчал?

– А ты спрашивал?

– Тогда ты вместо толмача будешь.

– Только на первых порах, дальше уж сами. А я лекарем там поработаю.

Я залез в мешок, отсчитал сто монет и отдал купцу.

– Держи деньги.

Ксандр уже раскланиваться стал, как я спросил:

– Когда отплывать думаете?

– Как товар закупим, сообщу.

– Каким путём пойдётё? Через Киев по Днепру опасно – ляхи или козаки ограбят.

– Думаем – через переволок с Волги на Дон.

– Правильно мыслите, я такого же мнения.

Пока купцы закупали товар, я «подчищал хвосты» на работе. Новых пациентов на операции не брал – долечивал уже прооперированных.

Поскольку путешествие моё предполагалось длительным, встал вопрос – куда девать коня? Продавать Орлика было жалко, свыкся я с ним.

Не раздумывая более, я оседлал коня и направился в Суходол, к Татищеву.

Моего появления в усадьбе никто не ожидал, но все были рады, хоть и говорят на Руси, что незваный гость хуже татарина.

– Коня своего вам оставить хочу, пусть Андрей на нём ездит. Не навсегда – деньги на прокорм за полгода вперёд отдаю. Хороший конь, выручал меня не раз – возьмёте?

– Почему же не выручить хорошего человека? – чуть ли не в один голос ответили оба.

– Только вот что.

Мы договорились, и я отсчитал деньги. Всё-таки на полгода уезжаю, конь за это время овса и сена много съест, а должником я быть не хотел.

Вот и боярская усадьба Матвеевых. Вышедший слуга открыл ворота, я спешился и завёл коня во двор.

Встречать меня вышли оба – старый боярин и дочь.