Корсар

Жизнь казацкая была полна тревог, в любой момент они должны быть готовы к походу, и ничто не должно тому мешать, потому и немногие обзаводились семьями. Я заметил – женщин в станице было мало.

Я шёл к гостевой хате мимо ряда куреней и раздумывал о завтрашней вылазке. Вдруг среди уже привычной суеты и шума станицы мой слух резанул чистый девичий голос – то завела песню дивчина на завалинке, окружённая парнями и подругами.

Я невольно замедлил шаг, завороженный её грудным голосом. Она пела о тревоге юной казачки, провожающей своего Грицька на чужбину за «Терку бурну».

Я не спеша шёл к гостиной хате на краю станицы.

Каким он выдастся, завтрашний день? И все ли казаки живыми вернутся домой? Теперь это зависело и от меня. Надо отдыхать, набраться сил.

Спал я на постоялом дворе чутко. А утром, едва рассвело, пошёл осматривать местность перед воротами крепости. Как я узнал у казаков, переговорщики появлялись обычно здесь. Степь ровная, незамеченным не укроешься.

Что же придумать? Я прошёл с полверсты, поглядывая по сторонам.

На пути попался ручеёк, впадающий в Терек. Я всмотрелся в прибрежную полосу. Вытоптанная копытами коней трава перед ручьём указывала на малоезженую тропу, поворачивающую налево и уходящую вверх по течению ручья. Пожалуй, это лучшее место для засады. А что? Залягу в сам ручей – он тут в пару аршин шириной, да и буду дожидаться удобного случая.

Вернувшись в крепость, я выпросил у атамана пищаль, тщательно её осмотрел.

Поев, снова побрёл к ручью. Пищаль уложил на крутом склоне, подложив камешки. Не дай бог – вода на замок, на полку попадёт и замочит порох.

Улёгся в ручей. Вода мутная, но тёплая. Стал ждать.

Через час почувствовал, что с выбором места для засады оплошал. Вода, вначале показавшаяся тёплой, сама забирала тепло тела, и я скоро продрог.