Корсар

Власть портит людей, а почти неограниченная власть может привести к тирании и деспотизму. В истории таких примеров полно.

Как-то, когда мы беседовали с Марией, в комнату заглянул Агулья. Мария, озорно поглядев на меня, сказала ему:"

"– Вот Юлий говорит – мне ходить больше надо. А давайте пройдём по дворцу. Я расскажу ему о Питти.

И мы потихоньку пошли по коридору дворца: Агулья придерживал девушку под руку, впрочем – большой необходимости в том и не было. Я шёл рядом. А следом за нами увязался надоедливый охранник.

В глаза бросался роскошный интерьер, белая и золотистая лепнина; шёлковые обои создавали ошеломляющий фон для уникальных картин. Мария рассказывала об истории каждой картины: со стен на нас смотрели образы Рафаэлевских мадонн, – оказывается, помимо известной мне «Сикстинской мадонны», что в Риме, и здесь, в Питти, тоже были шедевры Санти Рафаэля, воспевающие женскую красоту. Мария без устали рассказывала о картинах Джорджоне. А вот когда она начала объяснять сюжеты картины Фра Бартоломео, Анжело Бронзино, я не сразу и понял, что в них восхищало юную флорентийку: какая-то нарочитая напряженность, изысканность образов… Но говорят же – о вкусах не спорят.

Дальше коридор был перекрыт: Мария объяснила – отец поручил архитектору Бартоломео Амманати расширить дворец, и там идут работы.

Агулья с тревогой поглядывал на ногу девушки – на сегодня достаточно!

День шёл за днём, неделя – за неделей. К концу третьего месяца почти непрерывного общения мы стали друзьями.

Я решил снимать аппарат.

– Всё! – объявил я Марии. – Сейчас сниму аппарат. Ещё пару дней, чтобы поджили ранки от спиц на ноге, и ты полностью здорова.

– Я так рада, Юлий! – девушка в порыве чувств бросилась ко мне и обняла.

Я раскрутил гайки, снял кольца и полукольца, выдернул спицы, обработал ранки спиртом и наложил повязку.

– Пройдись!

Мария с лёгкостью пробежала по комнате.

– Отлично! Можешь показаться отцу!

Я прошёл в свою комнату и не спеша стал собирать вещи. Обжился я уже тут, пора и честь знать. Ещё пару дней – я свободен и, хочется надеяться, при деньгах.

На радостях я пропустил стаканчик винца.

Рассчитывал я на более долгий срок выздоровления, а получилось – три месяца.