Корсар

Но мне почему-то кажется, что это не твоего ума дело.

— Ух, какой суровый начальник, — смеётся, слезает с подлокотника и направляется к выходу. — Ладно, Родион Викторович, не смею мешать счастью молодых. Но ты всё-таки дурак. Просто хотела, чтобы ты знал об этом.

— Учту на будущее.

Аня хмыкает и, зажав папку под мышкой, выходит из ангара, а я складываю руки на столе и кладу на них голову. Господи, какое же это всё дерьмо.

34. Ева

Из головы не выходит то, что рассказал Роджер.

О том, что увидел своего отчима живого и, наверное, здорового. Неужели это правда? Я не так много знаю об этой истории, но достаточно, чтобы понимать — это может закончиться бедой. Ведь ясно, что Роджер так просто не успокоится. Слишком сильная боль гложет изнутри. И от этого осознания так страшно, что ноги дрожат.

А если в этот раз всё закончится гораздо хуже? Если с Роджером что-то случится? Гоню от себя эти мысли, потому что думать об этом невыносимо, до дрожи, до головокружения.

И самое ужасное, что я ничего не могу с этим сделать, не могу помочь Роджеру избавиться от этого груза ненависти и боли, который тянет его на дно.

Мне надо с кем-нибудь об этом поговорить, кто знает Роджера лучше меня, кто сможет как-то на эту ситуацию повлиять. Или просто выслушает и поймёт. Одной мне трудно.

— Извините, — хлопаю по обивке водительского сидения и ловлю в зеркале удивлённый взгляд таксиста.

— А вы можете меня в клуб “Бразерс” отвезти?

Идея в голове сформировалась как-то молниеносно, но, озвучив её вслух, пугаюсь. Вдруг делаю что-то не так, и мне там будут не рады?

— Что в этом месте забыла такая хорошенькая девушка? — передёргивает плечами, но машину разворачивает.

— Неважно, — отмахиваюсь и отворачиваюсь к окну. Нет никакого желания отвечать на дурацкие вопросы, ответы на которые никого не касаются, кроме меня.

Таксист хмыкает, но больше ничего не спрашивает и это к лучшему.

К чему все эти разговоры, если так муторно на душе? Только настроение портить.

Иногда судьба сталкивает лбами людей, у которых не было ни единой причины встречаться. Но вдруг, совсем неожиданно они становятся близкими настолько, что уже и не разорвать ту призрачную нить, так внезапно натянувшуюся между ними.

Я не могу сказать точно, когда поняла, что люблю Роджера.