Коррида на раздевание

– Ура! – пришла в восторг Киса. – Уже вижу твою машину! На парковку сворачиваешь. Тебя всегда издали заметно.

– Потому что автомобиль красивый, – засмеялась я.

– Нет! Он всегда самый грязный, – объяснила девочка.

Я припарковалась на площадке, вышла из автомобиля и столкнулась с Кисой, которая стремглав подбежала к машине и сунула мне довольно большой кулек.

– Вот она! Подними край одеяла.

Я послушалась и вздрогнула. На секунду мне показалось, что на меня смотрит настоящий, на редкость некрасивый младенец.

– Лампа, с ней надо поздороваться, – подсказала Киса.

– Добрый день, Клепа, – послушно произнесла я, – рада встрече.

В ту же секунду «новорожденная» заорала с такой силой, что у меня заболели уши.

– Ой, ой, ой, – перепугалась Кисуля, – Клеопатра Евгеньевна, прости, прости, прости! Лампуша правил не знает.

Кукла вмиг замолчала, девочка схватила меня за руку.

– Лампушенька! Сейчас объясню!

Малышка затараторила, проглатывая окончания слов, и вскоре я оказалась полностью в курсе дела.

– Кому пришло в голову обозвать это Клеопатрой Евгеньевной? – задала я вопрос, который давно вертелся на языке.

Кисуня откашлялась."

"Я решила сменить тему беседы.

– Давай назовем игрушку попроще: Таня, Лена, Оля… Зачем ей отчество.

– Когда владелица куклы говорит отчество, это приучает девочку к уважительному обращению со своим будущим малышом, воспитывает в ней материнские качества, – выпалила Киса, – она Клеопатра Евгеньевна, и никак иначе.

Сразу стало понятно: Киса цитирует чужие слова.

Минут через пять мы с Краузе и Кисой вошли в отдел игрушек. Я посмотрела на ценники, которые болтались на кукольных кроватках, и обомлела.

– Двадцать пять тысяч?

– Есть и дешевка за шесть тыщ, – ответила продавщица и поставила на прилавок предмет мебели размером со спичечный коробок. – Пожалуйста! Колыбель для мышонка.

– У нас Клеопатра Евгеньевна, – занервничала Киса, – ей такая фигня на нос не налезет.