Коррида на раздевание

– Интересно, – протянул Макс, – а у самого Штильмана дети есть? Или доктор холостяк.

– Был женат, – ответил Фил, – отцом никогда не был. Живет в одном поселке с Кирпичниковыми, там же, где и Семипалатин.

– Странное совпадение, – удивилась я.

– А вот и нет, – возразил компьютерщик. – Они все когда-то работали в одном НИИ, а институту выделили участки.

Я пошла к холодильнику.

– Сейчас, похоже, у бывших коллег натянутые отношения. Семипалатин, правда, говорил, что у него с Сергеем Леонидовичем не дружеские, но нормальные отношения.

Я начала рассуждать вслух:

– Венедикт считает, что Афанасий мог погибнуть от болезни, которую вызвал вирус Каравани. Полной уверенности в правильности диагноза у него нет. Но вероятность того, что он прав, ученый оценил в семьдесят процентов. Высокая цифра. Семипалатин же сообщил: у Штильмана есть коллекция всяких вирусов.

– Штильман за что-то ненавидит Кирпичникова, поэтому гинеколог взял из своей коллекции пробирку с возбудителем опасной болезни и отравил Афанасия? – уточнил Макс.

– Вроде того, – кивнула я.

Костин, который до сих пор сидел молча, встрепенулся.

– И как Лазарь это проделал? Уж небось Афанасий знал о натянутых отношениях отца с соседями.

– Гадаем на кофейной гуще, – вздохнула я, – хорошо бы найти того, кто знает, как развивались отношения Кирпичников – Штильман.

– В каждом коллективе непременно есть человек, который все про всех знает, – подсказал Марк.

– А вот и нет, – возразила я, – у нас такого нет.

Марк и Костин переглянулись, Володя оперся ладонями о стол.

– Лампудель! Наше бюро информации буфетчица Карелия Николаевна.

– Ошибаетесь, – возразила я, – Кара тихая, лишний раз слова не скажет.

Филипп стал двигать мышку по коврику.

– Ты жена хозяина, с тобой опасно языком молоть, ты сообщишь супругу про сплетницу, и Карелию выгонят.